Авторы впервые применили опросник модели yDSI к российским школьникам: 1519 подростков 12–18 лет оценили у себя технические навыки, навыки поиска информации, общения, создания контента и программирования. Самооценки всех групп навыков, кроме программирования, высокие (4,1–4,7 из 5); у 84,5% подростков навыки развиты неравномерно, у 13,5% — высокий уровень по всем группам, у 2% — низкий. Показатели выше у старших и городских подростков, различия по полу касаются программирования и общения. Данные опираются только на самооценку, а часть выводов в обсуждении расходится с таблицами статьи.
Авторы: Волкова Е.Н., Сорокоумова Г.В.
Оригинал: Цифровая грамотность Российских подростков в модели The youth digital skills indicator (yDSI)
Год и выпуск: 2025, № 3
Кому и для какого вопроса пригодится
Методисту и педагогу-психологу школы, которые планируют работу по развитию цифровой грамотности подростков и хотят понимать, какие группы навыков у школьников обычно сильнее, а какие слабее и как это меняется с возрастом, полом и местом жительства. Исследователю статья показывает первое применение международного опросника yDSI (youth Digital Skills Indicator) на российской выборке с данными о надёжности шкал.
Что именно изучали
Цель — описать цифровую грамотность российских подростков в модели yDSI, где она складывается из четырёх групп навыков: технических и эксплуатационных, навигации и обработки информации, коммуникации и взаимодействия, создания и производства контента; навыки программирования оцениваются дополнительно. В каждой группе различаются функциональный аспект (умение пользоваться) и критический (понимание, как и почему устроены устройства и контент).
Выборка — 1519 учеников 6–11 классов в возрасте 12–18 лет (60,4% девочек; 69,8% — городские школы, 30,2% — сельские). Младших подростков в выборке всего 44, средних — 908, старших — 567. Опрос анонимный, онлайн, 2024–2025 годы. Использовались шкалы самооценки навыков yDSI (по 6 пунктов, программирование — 1 пункт; альфа Кронбаха 0,86–0,92) и шкала самооценки знаний (альфа 0,75). Третий компонент модели — деятельностный тест с практическими заданиями — в исследовании не применялся. Анализ — описательная статистика, дисперсионный и корреляционный анализ, хи-квадрат.
Что обнаружили
- Средние самооценки по шкале от 1 до 5: создание и производство контента — 4,68, коммуникация и взаимодействие — 4,26, технические навыки — 4,18, навигация и обработка информации — 4,09, программирование — 2,89 с наибольшим разбросом. Общий показатель — 4,02, самооценка знаний — 3,06.
- Четыре основные группы навыков тесно связаны между собой (r > 0,73), программирование связано с ними слабо (r от 0,11 до 0,33).
- 13,5% подростков имеют высокий уровень по всем группам навыков, 84,5% — средний уровень с дисбалансом (слабее программирование и навигация), 2% — низкий уровень по всем группам.
- Общий показатель и почти все группы навыков выше у старших подростков и у городских школьников; уровень цифровой грамотности значимо связан только с возрастом. Размер эффектов небольшой (η² не выше 0,014).
- Мальчики выше оценивают навыки программирования, девочки — навыки коммуникации и взаимодействия; критическая грамотность по средним тоже выше у девочек. Самооценка знаний растёт с возрастом, но не зависит от пола и места жительства.
Что из этого следует — и не следует
Авторы делают вывод о необходимости целенаправленно формировать цифровую грамотность в школе с учётом возраста, пола и места жительства и объясняют более высокие показатели городских школьников качеством образовательной программы, а отличия от зарубежных сверстников — обязательным курсом информатики. Сравнение с зарубежными данными сделано по опубликованным результатам других исследований без статистической проверки, а объяснение через качество обучения — предположение, которое исследование не проверяет. Все показатели — самооценка подростков: высокие баллы говорят о том, как подростки оценивают свои навыки, а не о том, как они выполняют задания.
Часть выводов в обсуждении не совпадает с таблицами статьи: там сказано, что дефицит навыков у 86,5% подростков (в результатах — 84,5%), что «почти половина» имеет низкий уровень цифровой грамотности (в таблице — 2%; близкие к половине доли относятся к низкому уровню функциональной и критической грамотности) и что среди старших подростков около 16% имеют низкий уровень (в таблице 15,9% — это доля высокого уровня, низкий — 1,9%). Для различий по полу в навыках коммуникации указан размер эффекта 0,22, что не согласуется с величиной критерия и, вероятно, означает 0,022. Выводы о распространённости слабых навыков стоит брать из таблиц, а не из обсуждения.
Ограничения
Авторы отмечают, что выводы о росте функциональной и критической грамотности с возрастом, более высокой функциональной грамотности у городских подростков и незначимости пола нуждаются в дальнейшей проверке, а следующие исследования должны дополнить самооценку практическими заданиями.