Шесть условий, без которых профилактика суицидального поведения в школе остаётся мероприятием: разбор от руководителя пермской службы экстренной помощи

База знаний Практика и сопровождение
, , , , ,
1

Практический разбор от специалиста пермского центра, где с 2010 года работает служба экстренной социально-психологической помощи. Первая часть описывает двухэтапную модель выявления учащихся 5–11 классов с риском суицидального поведения — психологическая диагностика и структурированное педагогическое наблюдение по четырём группам индикаторов, затем командная первичная оценка риска. Вторая часть — шесть условий, при которых эта работа в школе даёт результат: признание, что проблема есть в любой школе; локальный акт и единая политика; разделение ответственности между командой; запрет на быстрые решения в острой ситуации; обучение и эмоциональная поддержка педагогов; просвещение родителей, не оставляющее их наедине со страхом. Отдельный блок посвящён буллингу и позиции взрослых, которая его порождает или пресекает.

Практические выводы

  • Педагогическое наблюдение без цели, объекта и критериев автор считает субъективной интерпретацией, а не данными
  • Высокий перфекционизм назван фактором риска — вопреки представлению, что это проблема социального неблагополучия
  • Причина буллинга отнесена к характеру отношений в коллективе, а не к особенностям того, на кого нападают
  • Запрос «проведите нам что-нибудь по профилактике суицида» автор считает непригодным: сначала нужно ответить, что должно получиться в результате
  • Просвещение родителей не должно оставлять их с актуализированным страхом, который вернётся к детям тревогой или агрессией

Материал О.Ю. Ткачевой (МБУ «ЦППМСП» г. Перми) в «Вестнике практической психологии образования» (2018, № 1).

Когда пригодится

Когда в школе нужно выстроить работу по профилактике суицидального поведения не как набор мероприятий «по указанию сверху», а как понятный всем участникам порядок. Текст прямо адресован ситуации, в которой тревога усиливается потоком требований, а решать хочется быстро, — и предлагает разложить работу на условия, каждое из которых относится к тому, что решает школа, а не отдельный специалист.

Полезен психологу, которому нужно объяснить администрации, зачем нужен локальный акт и разделение ответственности, и классному руководителю, от которого ждут наблюдения за состоянием класса. Отдельная часть текста — про буллинг и про то, как позиция педагога его либо порождает, либо пресекает; её можно использовать при подготовке разговора с педагогическим коллективом.

Тема относится к чувствительным: материал подходит для работы специалиста и администрации, а не для раздачи детям, и не содержит инструментов оценки риска, которые применяются подготовленными специалистами.

Основное содержание

Модель выявления. Автор описывает внедрённую в Перми и распространённую на Пермский край модель как порядок и содержание действий школы, ключевой частью которого является выявление детей с риском суицидального поведения. Оно устроено в два этапа. На первом психолог проводит психологическую диагностику, а классный руководитель — структурированное педагогическое наблюдение; по их результатам выделяется группа «предриска». На втором командой специалистов и педагогов школы проводится первичная оценка суицидального риска, по итогам которой определяется группа учащихся с риском. Охват — учащиеся 5–11 классов.

Инструмент педагогического наблюдения. Автор возражает против расчёта на то, что «педагог и так всё видит»: без цели, объекта, критериев и опыта наблюдателя наблюдение превращается в субъективную интерпретацию. Предложенное решение — карта наблюдения за эмоциональным состоянием учащихся класса: педагог раз в две-три недели целенаправленно фиксирует поведение и эмоциональные реакции по заданным критериям в электронной таблице, а компьютерная обработка обобщает данные по ребёнку и по классу. Критерии сведены в четыре группы индикаторов: межличностные отношения, учебная деятельность, поведение, семейная ситуация. Автор отмечает, что педагоги сначала воспринимают карту как дополнительную нагрузку, а освоив — получают материал для разговора с родителями.

Дальше следует индивидуальный план коррекции, универсальных приёмов для которого, по автору, не существует: кризисные ситуации всегда индивидуальны. В сложных случаях школа выходит на консилиум в Центр, где определяются проблемы ребёнка и семьи, задачи и распределение ответственности между школой и Центром. В программу в зависимости от ситуации входят индивидуальные и семейные консультации, индивидуальные программы личностного развития, тренинги социально-психологических навыков, психофизиологические тренинги саморегуляции на основе биологической обратной связи, создание поддерживающей среды, индивидуальные условия повышения учебной успешности, медицинская помощь, родительские студии, программы медиации. Работа длится от трёх месяцев до полугода и дольше.

Шесть условий, при которых школа справляется.

  1. Признать, что проблема потенциально существует в каждой образовательной организации. Представление, что это проблема социального неблагополучия, автор называет ошибочным и ссылается на исследования А.Б. Холмогоровой и С.В. Воликовой: подростки с высоким уровнем перфекционизма практически обречены на ощущение собственной несостоятельности, поскольку соответствовать предъявляемым себе стандартам постоянно невозможно, а переживание неуспеха порождает чувства безнадёжности и безвыходности.

  2. Создать единую политику школы, в которой каждый педагог знает свою ответственность. Минимально необходимым названо наличие локального акта по профилактике суицидального поведения, закрепляющего конкретные действия разного уровня и персональную ответственность. В него входят и этические нормы: недопущение стигматизации и ярлыков в отношении детей, совершивших попытку, пресечение слухов и домыслов, строгий подход к конфиденциальности.

Здесь же разобран буллинг. Причина, по автору, не в особенностях ребёнка, на которого нападают, и не в агрессивности одного или нескольких детей, а в характере отношений между детьми в коллективе; если травимый уходит из класса, на его месте вскоре оказывается следующий. Наличие буллинга связывается с действиями педагогов: постоянные замечания, обобщения вида «ну ты всегда…», обсуждение поведения ученика при сверстниках и даже шуточные обидные прозвища формируют отношение к ребёнку всего класса. Со ссылкой на И.А. Алексееву приводится противоположный образец: меньше всего буллинга там, где взрослые занимают твёрдую позицию неприятия любого насилия, где есть чёткие правила для всех, которым следуют и учителя, и ученики, и где агрессивные проявления пресекаются сразу.

  1. Разделять ответственность. Суицидальное поведение названо биопсихосоциальной проблемой, которую школьный психолог в одиночку не решит; должна работать команда управленцев, специалистов, педагогов и родителей. Совместное обсуждение позволяет преодолеть субъективизм и чрезмерную личностную включённость, а в случае неудачи каждый понимает границы своей ответственности. Сюда же отнесено изменение отношения педагогов к родителям: партнёрство вместо позиции «сверху», с чёткими договорённостями, совместным планом, письменными соглашениями и информированными согласиями.

  2. Не принимать быстрых решений. Чем острее проблема, тем более обдуманными и спланированными должны быть действия; перед реакцией ситуацию нужно обсудить с командой или хотя бы с опытным профессионалом. Запрос «проведите нам что-нибудь по профилактике суицида» автор считает непригодным: сначала нужно ответить, что должно получиться в результате работы с конкретной аудиторией.

  3. Обеспечить профессиональную поддержку педагогов. Классный руководитель должен знать признаки кризисного состояния, понимать, о чём и как говорить с ребёнком и родителями во время диагностического интервью, как реагировать на трудные вопросы и почему обсуждать проблему ученика в учительской непрофессионально. Обучать предлагается через разбор кейсов и тренинг навыков, а не через лекции. Отдельно названа необходимость системы профилактики выгорания: транслируя эмоциональную нестабильность на уроке, педагог сводит эффект работы к минимуму.

  4. Просвещать родителей с ясной целью. Информируя о факторах риска и результатах выявления, важно не оставлять родителей с актуализированным страхом, который вернётся к детям тревогой или агрессией, а научить их тому же, чему и педагогов, — разговаривать со своим ребёнком, и помочь принять, что психологическая помощь в трудной ситуации — реальная возможность решить проблему.

Работа с детьми описана как программа: групповые занятия на формирование позитивного образа будущего, навыков преодоления негативных жизненных ситуаций и саморегуляции, формирование сети социальной поддержки, профилактика буллинга, психологический и педагогический скрининг, индивидуальные собеседования и диагностические интервью.

Ограничения

Автор сама снимает возражение «кто это всё будет делать»: психолог в школе один или отсутствует, социальный педагог занят неблагополучными семьями, классные руководители загружены. Она признаёт это положение реальным и отвечает не расширением штата, а опорой на тех, кто заинтересован: команду неравнодушных педагогов, родителей и старшеклассников, детское волонтёрское объединение и специалистов других учреждений. Описанная модель предполагает наличие в городе центра, куда школа может вывести сложный случай на консилиум; без такого внешнего звена часть описанного порядка воспроизвести не получится.

Источники