Опыт медицинского психолога детской поликлиники: почему ежегодный профилактический приём имеет смысл начинать с одного года, что удаётся заметить на такой встрече и как из беседы с родителями и медицинской карты складывается прогноз трудностей адаптации. Материал даёт готовые перечни тем для консультаций по раннему возрасту и по одарённости, а также разбор того, как ночной сон ребёнка сигналит о дневном эмоциональном неблагополучии семьи. Ключевая позиция автора: помогать нужно начиная с матери, а изобилие противоречивой информации в книгах и на форумах само по себе не делает родителя компетентным.
Практические выводы
- Ежегодный профилактический приём позволяет вовремя заметить отклонения в развитии речи и подключить логопеда, а при необходимости — невролога и других специалистов.
- На встрече наблюдают четыре вещи сразу: развитие ребёнка, течение возрастного кризиса, адекватность реакций родителей и особенности внутрисемейных отношений.
- Ночной сон — частые пробуждения, плач во сне, беспокойное перемещение по кроватке — автор читает как признак дневного эмоционального неблагополучия и предвестник трудностей адаптации к саду.
- Два готовых списка тем — одиннадцать по раннему возрасту и четырнадцать по одарённости — годятся как план серии родительских встреч.
- Позиция автора: чтобы помочь ребёнку, надо помочь матери, а прийти к пониманию, что помощь нужна ей самой, она должна сама — это отдельная задача консультации.
Профилактический приём психолога с года: о чём спрашивают родители малышей, что видно на такой встрече и какие темы стоит вынести на консультацию
Материал по статье: Серегина И.Н. «Когда нужна консультация психолога?». Вестник практической психологии образования, 2013, № 2.
Когда пригодится
Специалисту, который выстраивает работу с родителями детей раннего возраста — в детской поликлинике, консультативном центре или службе ранней помощи — и должен объяснить коллегам и самим родителям, зачем нужна встреча с психологом до того, как проблема оформилась. Материал описывает сложившуюся практику ежегодного профилактического приёма и показывает, что именно даёт такая встреча: не диагноз, а раннее замечание отклонений, прогноз трудностей адаптации и повышение компетентности родителя.
Второй адресат — педагог-психолог детского сада или школы, к которому приходят родители с типовыми вопросами раннего возраста: как отучить от соски, когда ребёнок начнёт проситься на горшок, почему он мало говорит, почему стал «плохо себя вести» и требовать. Здесь есть готовый перечень тем, из которого собирается серия родительских встреч.
Отдельно материал полезен тем, что проблематизирует главную сложность современного родителя: доступ к огромному объёму книг, форумов и противоречивых мнений сам по себе компетентности не даёт, а часто вводит в замешательство.
Основное содержание
Почему приём начинается с года. Автор выводит эту точку из практики и из вопросов, которые задают родители: какой кризис бывает в год, когда и как забрать соску, как отлучить от груди, до какого возраста кормить из бутылочки, почему ребёнок ещё не понимает горшок, стал требовательным, мало говорит. На каждый такой вопрос, по автору, нужен обоснованный ответ, а значит — консультация с изучением медицинской карты и особенностей семьи. Направление педиатра при этом не носит принудительного характера: значительная часть родителей приходит сама, в том числе «показаться» при прохождении комиссии.
Что даёт встреча. Из беседы-интервью, изучения карты и наблюдения складывается картина по четырём линиям: развитие ребёнка; протекание возрастного кризиса; адекватность реакций родителей на поведение ребёнка; особенности внутрисемейных отношений. Вопросы к родителям на приёме простые и бытовые — какой сон, как часто просыпается, как ест, сколько и когда гуляет. По итогам психолог формулирует рекомендации с опорой на индивидуальные особенности ребёнка и подбирает литературу для чтения родителям; в описанной практике объём материалов передаётся в электронном виде.
Прикладные ответы на два частых запроса. Для отвыкания от соски автор описывает приём, применяемый в её практике: соска делается непригодной для сосания, а происшедшее объясняется ребёнку через «виноватую» игрушку, которую взрослый вместе с ребёнком жалеет и ругает; процедура занимает несколько дней и завершается тем, что соску убирают из поля зрения. Про горшок автор указывает, что осознанно ребёнок начинает воспринимать его в возрасте около полутора лет с небольшим, но приучать нужно раньше.
Индивидуальность как рамка разговора. Автор опирается на психогенетику: у каждого ребёнка свой набор генов, отсюда та «непохожесть» детей в одной семье, о которой родители чаще всего и говорят на консультации. Одинаковые средовые воздействия, отмечает она, переживаются членами семьи по-разному. Отсюда практический вывод для консультирования: и позиция «ребёнок — чистый лист», и недооценка среды одинаково некорректны, а воспитание строится с учётом всего комплекса особенностей конкретного ребёнка — типа нервной системы, темперамента, течения возрастных кризисов.
Разобранный в статье случай семейной консультации иллюстрирует именно это. Запрос был предъявлен как проблема поведения старшего ребёнка, а работа развернулась вокруг несовпадения темпов и темперамента матери и ребёнка: раздражение вызывала медлительность, которая сама по себе не изменится, тогда как ко второму ребёнку, более «похожему» на мать, такого раздражения не возникало. Вывод консультации — организовывать ребёнка сообразно его психофизиологическим особенностям, а работу начинать с собственных реакций взрослого; предусмотрены повторные встречи для отслеживания динамики.
Материнство как предмет работы. Автор формулирует позицию прямо: чтобы помочь ребёнку, нужно помочь матери, а прийти к осознанию, что помощь нужна ей самой, мать должна сама — и это одна из основных задач консультации, даже когда заявленный запрос касается ребёнка. Для полноценного развития недостаточно ухода, кормления и организации среды: необходимы материнская любовь и достаток общения со взрослым. Со ссылкой на М. Мид отмечается, что каждая культура выстраивает свою модель воспитания, поэтому знание этнической психологии народов России автор относит к профессиональной компетентности консультанта. При этом она специально оговаривает, что и в семьях с прочной традицией взаимной ответственности встречаются ситуации насилия в отношении матери на глазах у детей; такие дети часто не могут рассказать об этом в школе, у них формируются страхи и замкнутость, а депрессии могут протекать скрыто, — и потому они требуют особого внимания воспитателей, учителей и школьных специалистов.
Второй и третий годы жизни. Период рассматривается как целостный по отношению к материнским функциям: именно тогда взрослый вносит систему ограничений, что может стать основой личностных конфликтов и защитных механизмов. Задача взрослого — управлять поведением, предоставляя самостоятельность и одновременно поддерживая ребёнка. Ключевым результатом называется базовое доверие к миру; эмоциональное благополучие ребёнка автор предлагает использовать как показатель того, насколько успешно мать выполняет свои функции.
Как читать поведение и сон. Ребёнок эмоционально воспринимает семейный конфликт, даже когда родители уверены, что он «ещё мал и не понимает»; тревога матери проецируется на него и отражается на самочувствии. Проявления — беспокойный сон или его нарушение, плохой аппетит, вялость, капризы, истерики; при улучшении состояния матери выравнивается и состояние ребёнка. Плач во сне, частые пробуждения, беспокойное перемещение по кроватке автор трактует как признак дневного эмоционального неблагополучия и негативного семейного фона, а такого ребёнка — как соматически ослабленного, с прогностически вероятными трудностями адаптации к детскому саду. Поэтому обсуждение того, как в семье протекают и разрешаются конфликты, входит в диагностическую часть консультации.
Про сон отдельно от матери. Автор возражает распространённой установке отселять ребёнка с рождения и не приучать к рукам, опираясь на понятие социальной ситуации «Мы — единство матери и ребёнка». Практическая рекомендация: кроватка в комнате родителей до года и дальше — до момента, когда взрослый уверен, что ребёнок не испугается, проснувшись один; переселение постепенное, с укладыванием в детской и приоткрытой дверью; точного возраста автор намеренно не называет, а к двум годам считает собственную комнату уже необходимой как своя территория.
Готовые перечни тем для консультаций. По раннему возрасту — одиннадцать пунктов: особенности развития и функции матери; основные направления детского развития; когнитивное, эмоциональное и личностное развитие; эмоциональное благополучие; развитие речи; значимость игры; тревога и страхи; детский сон; кризис первого года; подготовка к детскому саду; адаптация. По одарённости — четырнадцать: что такое одарённость; одарённые, но разные; родители как «инквизиторы» одарённости; психологические особенности такого ребёнка; одарённые дети как группа риска; трудности коммуникаций; разная одарённость — разная личность; прогностические трудности в подростковом возрасте; понять своего ребёнка; познавательная потребность, её интенсивность, уровни и формы; «одарённый, но ленивый»; роль семьи в становлении личности; психология здоровья.
Игра на развитие памяти и воображения. Ребёнку предлагается связать несколько несвязанных слов в короткий «фильм», где каждое слово становится персонажем сюжета; чтобы вспомнить список, нужно мысленно просмотреть этот фильм. Игра варьируется по числу слов и сложности сюжета.
Про необычные возможности. Автор описывает детей, чьи интересы и тип мышления опережают возраст, и предупреждает коллег против скорого обесценивающего суждения вроде «вы преувеличиваете, яркая книга ещё не значит научный интерес» — такая реакция специалиста вызывает у неё сомнения в его профессиональных качествах. Такие дети, по автору, требуют регулярного наблюдения и диагностики личностных особенностей и интеллекта, прежде всего из-за трудностей в общении со сверстниками. Основой одарённости названа устойчивая познавательная потребность.
Организационное предложение. Профилактические осмотры медицинским психологом в детской поликлинике автор предлагает сделать обязательными в 1, 3 и 6 лет, включая комиссии в детский сад и школу, а обращение по собственному желанию — доступным в любой момент, до того как проблема сформировалась.
Ограничения
Статья построена на опыте одной поликлиники: это описание сложившейся практики, а не исследование, поэтому эффективность ежегодного профилактического приёма в ней не измеряется — нет ни выборки, ни сравнения, ни показателей результата. Приведённый разбор семейного случая — иллюстрация подхода, а не доказательство. Про возраст отселения ребёнка в отдельную комнату автор сама отказывается называть точную границу, поскольку каждый случай индивидуален и зависит от качества сна, частоты болезней и того, при каких обстоятельствах ребёнок пугается.
Отдельно стоит учитывать границу компетенций: описанная работа ведётся медицинским психологом в системе здравоохранения, с доступом к медицинской карте и возможностью направить к неврологу и логопеду. Школьному педагогу-психологу из статьи полезны логика профилактической встречи и перечни тем, но не медицинская часть маршрута. Приём с приведением соски в негодность построен на введении ребёнка в заблуждение и вменении «вины» игрушке; решение о его применении остаётся за семьёй и требует обсуждения, а не переноса в рекомендации по умолчанию.
Источники
- Серегина И.Н. Когда нужна консультация психолога? — Когда нужна консультация психолога? // Вестник практической психологии образования — 2013. Том 10. № 2 | PsyJournals.ru