Ежегодный всероссийский мониторинг Минпросвещения и ФРЦ МГППУ за 2021 год насчитал 39 117 обучающихся с РАС — на 145% больше, чем в 2017 году, — но соотношение с детской популяцией (1:813) осталось впятеро ниже оценок ВОЗ, что авторы читают как недовыявление, а не как реальную распространённость. Долевое распределение по образовательным моделям за год не сдвинулось: 41% школьников в отдельных классах, 36% на надомном обучении, 15,4% в инклюзивных классах и 7,5% в ресурсных. Выраженная динамика есть в кадрах (тьюторское сопровождение выросло с 19% до 33%, помощь социального педагога — с 45% до 70%) и в доле обучения по профильным АООП. Связи между наличием регионального поправочного коэффициента финансирования и применением модели «Ресурсный класс» не обнаружено.
Практические выводы
- Охват ранней помощью остаётся минимальным и даже сократился в абсолютных числах: 569 детей (1,5%) против 572 годом ранее.
- Профессиональное образование — узкое место: СПО — 432 человека (1,1%, рост вдвое за год, но активно работают 37 регионов из 85), высшее образование — 13 человек на страну (0,033%).
- Педагог-психолог формально доступен почти всем: 98% обучающихся с РАС (38 470 из 39 117); дефектолог — 66%, логопед — 74%, тьютор — 33%, ассистент — 4,4%.
- В дошкольном образовании ведут группы компенсирующего вида — 62% детей с РАС; по АООП ДО для РАС учатся почти 58% дошкольников против 47% годом ранее.
- Региональные ресурсные центры есть в 52 субъектах (всего 60 Ц, большинство — на базе ЦПМСП), в 33 регионах их нет.
Мониторинг 2021: 39 117 обучающихся с РАС, выявляемость впятеро ниже оценок ВОЗ, 36% школьников — на надомном обучении, а ресурсных центров нет в 33 регионах
Авторы: Хаустов А.В., Шумских М.А.
Оригинал: Динамика в развитии системы образования детей с расстройствами аутистического спектра в России: результаты Всероссийского мониторинга 2021 года
Год и выпуск: 2022, № 3
Кому и для какого вопроса пригодится
Руководителю психолого-педагогической службы, методисту и специалисту регионального ресурсного центра, которым нужны сопоставимые федеральные цифры: сколько детей с РАС в системе образования, как они распределены по уровням и моделям обучения, насколько регион обеспечен профильными специалистами. Это единственный регулярный источник такого рода — форма мониторинга разработана Минпросвещения совместно с ФРЦ МГППУ, данные подают региональные органы управления образованием, так что свои региональные показатели можно прямо сравнить со средними по стране и по федеральному округу.
Второй практический сюжет — аргументация при планировании. Статья показывает, где именно в системе провалы (ранняя помощь, среднее общее и профессиональное образование, инклюзивные модели, сеть РРЦ) и что наличие регионального поправочного коэффициента финансирования само по себе не предсказывает появления ресурсных классов.
Что именно изучали
Ежегодный мониторинг состояния образования обучающихся с РАС в субъектах РФ, результаты волны 2021 года в сравнении с волнами 2017—2020 годов. Собирались данные об общей численности обучающихся с РАС, о численности на каждом уровне образования — от служб ранней помощи в системе образования до высшего, — о формах и моделях организации образования в детском саду и школе, об обеспеченности специалистами психолого-педагогического сопровождения, о величине поправочных коэффициентов подушевого финансирования и о наличии региональных ресурсных центров.
Это сплошной статистический учёт по отчётности регионов, а не выборочное исследование: ограничения здесь задаются качеством регионального учёта, а не размером выборки.
Что обнаружили
- Общая численность обучающихся с РАС в 2021 году — 39 117 человек против 15 998 в 2017 году: прирост 23 119 человек, или 145%. Динамика по федеральным округам сравнительно равномерная, но Северо-Кавказский округ, все годы бывший последним, прибавил более 50% (Дагестан — 147 человек в 2020 году против 490 в 2021, Чеченская Республика — прирост 207%), а Дальневосточный дал минимальные 5%.
- Соотношение численности детей с РАС к общей детской популяции — в среднем 1:813 (0,123%), что примерно впятеро ниже оценки распространённости ВОЗ 1:160 (0,625%). Авторы объясняют разрыв недовыявлением: не хватает подготовленных специалистов в здравоохранении и нет общепринятых стандартизированных скрининговых и диагностических инструментов.
- Распределение по уровням: ранняя помощь — 569 детей (1,5%, на 3 человека меньше, чем годом ранее); дошкольное образование — 10 152 (26%); школа — 27 549 (71%); СПО — 432 (1,1%); высшее образование — 13 человек (0,033%).
- СПО растёт второй год подряд: 269 человек в 2020 году против 432 в 2021, но активно вовлечены 37 регионов из 85. Лучший показатель — Рязанская область (10% всех обучающихся с РАС региона). Смоленская область, дававшая в 2020 году 77 человек (27% региональной численности), в 2021 году отчиталась нулём; такой же ноль в Татарстане.
- Школьные модели в долях не сдвинулись с 2020 года: отдельные (коррекционные) классы — 41,1% (11 354 человека), индивидуальное обучение на дому — 36% (9 870), инклюзивные классы — 15,4% (4 244), модель «Ресурсный класс» — 7,5% (2 081). В абсолютных числах выросли все модели, доли — нет.
- В дошкольном звене ведут группы компенсирующего вида — 6 281 ребёнок (62%); ресурсные группы после падения в 2020 году выросли до 633 детей (6,2%).
- Профильные адаптированные программы: по АООП ДО для детей с РАС учатся почти 58% дошкольников (47% в 2020 году, 37% в 2019); по АООП общего образования для обучающихся с РАС — более 54% школьников (46% в 2020 году). Остальные учатся по программам для других нозологий. Регионы, где АООП ДО РАС не применяются вовсе, — Ивановская и Ульяновская области, Адыгея, Ненецкий автономный округ.
- Кадровая обеспеченность выросла по всем позициям: педагог-психолог — 98% обучающихся (38 470 человек), учитель-логопед — 74%, учитель-дефектолог — 66%, социальный педагог — 70% против 45% годом ранее, тьютор — 33% против 19%, ассистент (помощник) — 4,4%.
- Поправочные коэффициенты финансирования установлены в большинстве регионов (от 0,1 до 4 либо фиксированные доплаты), об их отсутствии заявили 12 регионов против 23 в 2020 году. Зависимости между наличием коэффициента и охватом моделью «Ресурсный класс» не выявлено: в Белгородской области коэффициента нет, а по ресурсной модели учатся 46% школьников с РАС региона, тогда как в ряде регионов с коэффициентом модель не используется вообще.
- Региональные ресурсные центры заявили 52 субъекта, всего 60 центров: 32 — на базе ЦПМСП, 9 — на базе коррекционных школ, 6 — на базе общеобразовательных, 3 — на базе вузов и колледжей, отдельные — в системе здравоохранения и на базе НКО. В 33 регионах РРЦ не создан.
Что из этого следует — и не следует
Для регионального планирования полезны именно доли, а не абсолютные числа: общая численность растёт быстро, и на этом фоне рост любого показателя в штуках ничего не доказывает. Показательный пример из самой статьи — ресурсные классы: 2 081 человек против 1 402 годом ранее выглядит прорывом, но доля осталась прежней, то есть модель росла ровно вместе с системой, а не быстрее неё.
Соотношение 1:813 — это не оценка распространённости аутизма в России, а показатель того, скольких детей система образования видит; сравнение с данными ВОЗ говорит о состоянии диагностики и учёта, а не о частоте расстройства. Так же осторожно стоит читать кадровые проценты: мониторинг фиксирует, что ребёнок числится получающим помощь специалиста, и ничего не говорит об объёме и качестве этой помощи. Доступность педагога-психолога для 98% обучающихся — это про наличие ставки в отчётности, а не про содержание сопровождения.
Отдельные цифры внутри статьи не сходятся, и при цитировании их надо сверять с оригиналом. В тексте численность детей в ресурсных группах в 2020 году названа как 286 человек, а в таблице стоит 278 (и расчёт прироста на 127% сходится именно с 278). В таблице долей обеспеченности тьюторами за 2019 год стоит 135% — очевидная опечатка вместо 13,5%. Доли школьников по программам даны как «более 54%» и «остальные 45,5%», что в сумме не даёт 100%. Сумма по уровням общего образования расходится с заявленными 27 549 на единицу.
Наконец, вывод о росте очного формата до почти 90% авторы сопровождают собственной оговоркой: вероятно, большинство обучающихся на дому попали в отчётность как очники. При 36% надомного обучения это замечание существенно, и показатель очности из этого мониторинга самостоятельным индикатором включённости служить не может.