Авторы опросили 1834 учащихся 9–11 классов — 737 из других регионов России и 1097 из новых субъектов — о психологической безопасности школьной среды и личностных ресурсах: жизнестойкости, социальном интеллекте, стратегиях совладания и субъективном благополучии. В новых регионах оценки безопасности, жизнестойкость и социальный интеллект немного ниже, чаще встречаются асоциальные и агрессивные стратегии совладания; различия небольшие. В обеих группах безопасность среды связана с жизнестойкостью и конструктивным совладанием, в новых регионах — ещё и с социальным интеллектом. Данные одномоментные, поэтому «влияние» ресурсов на безопасность — это связь, а не доказанная причина.
Практические выводы
- В новых регионах школьники немного ниже оценивают психологическую безопасность школы и защищённость (d = 0,2–0,4).
- Там же чаще асоциальные и агрессивные стратегии совладания, реже ассертивные и поиск поддержки; по благополучию группы не различаются.
- В обеих группах оценка безопасности среды связана с жизнестойкостью и конструктивностью совладания; модели объясняют 24–39% дисперсии.
- В новых регионах в число ведущих предикторов входит социальный интеллект.
- Авторы подчёркивают: ответственность за безопасность среды лежит на взрослых, личностные ресурсы учеников её не подменяют.
Психологическая безопасность школы глазами старшеклассников: в новых регионах оценки чуть ниже, а кроме жизнестойкости с ней связан социальный интеллект
Авторы: Гребенщикова В.П., Петросянц В.Р., Гридяева Л.Н., Филатова Л.Э., Худякова Т.Л., Ульянина О.А.
Оригинал: Особенности личностных ресурсов психологической безопасности обучающихся в образовательной среде в условиях социокультурной напряженности
Год и выпуск: 2025, № 4
Кому и для какого вопроса пригодится
Педагогам-психологам и руководителям психологических служб школ, особенно в новых субъектах России и приграничных регионах, которые планируют сопровождение психологической безопасности старшеклассников. Статья показывает, на какие личностные ресурсы учащихся стоит опираться в развивающей работе и чем картина в регионах с напряжённой социокультурной обстановкой отличается от остальных.
Что именно изучали
Цель — изучить личностные ресурсы психологической безопасности обучающихся в образовательной среде. Гипотезы: оценки безопасности среды и личностные особенности учащихся новых и других регионов России различаются; различается и то, какие ресурсы предсказывают безопасность, в зависимости от напряжённости социокультурной среды.
Участвовали 1834 учащихся 9–11 классов: 737 из других субъектов России (средний возраст 15,9 года, 63,5% девушек) и 1097 из новых субъектов (16,0 года, 60,5% девушек). Безопасность среды оценивали методикой И.А. Баевой (отношение к среде, удовлетворённость её характеристиками, защищённость от психологического насилия). Ресурсы — шкалой субъективного благополучия, шкалой социального интеллекта Тромсё, тестом жизнестойкости С. Мадди и методикой стратегий преодоления стрессовых ситуаций С. Хобфолла. Группы сравнивали критерием Манна — Уитни, предикторы искали пошаговой линейной регрессией отдельно в каждой группе. Подробные таблицы вынесены в приложения, база данных размещена в репозитории МГППУ.
Что обнаружили
- Учащиеся других регионов выше оценивают психологическую безопасность школьной среды, её референтность, удовлетворённость взаимодействием и защищённость. У них выше жизнестойкость и социальный интеллект. Все эти различия небольшие (d = 0,2–0,4).
- Учащиеся других регионов чаще используют адаптивные стратегии совладания: ассертивные действия, вступление в контакт, поиск поддержки, активную и просоциальную стратегии. Учащиеся новых регионов — асоциальные и агрессивные. Избегание, импульсивные и манипулятивные действия встречаются в обеих группах одинаково. По субъективному благополучию различий нет.
- В других регионах оценка безопасности связана прежде всего с жизнестойкостью (особенно с компонентом «контроль») и конструктивностью совладания. Модели объясняют до 39% различий в интегральной оценке безопасности. Со знаком минус в модель вошли непрямые, манипулятивные стратегии и высокая значимость социального окружения.
- В новых регионах, помимо жизнестойкости и конструктивного совладания, в число ведущих предикторов входит социальный интеллект; модели объясняют до 28% различий. Со знаком минус в модели вошли асоциальные стратегии и, неожиданно, высокая самооценка здоровья.
Что из этого следует — и не следует
Авторы делают вывод, что жизнестойкость и социальный интеллект — значимые личностные предикторы психологической безопасности, а в условиях напряжённости растёт роль социальной адаптивности. Программы сопровождения, по их мнению, должны учитывать региональную специфику и развивать жизнестойкость, гибкость совладания и навыки взаимодействия. Авторы специально оговаривают: ответственность за безопасность среды несут взрослые и школа как институт, а личностные ресурсы учеников не подменяют организационных мер. Они лишь усиливают или ослабляют действие того, что создают взрослые.
Слово «влияют», которым авторы описывают результаты регрессий, сильнее, чем позволяют данные: исследование одномоментное, и связь может идти в обе стороны. Например, в безопасной школе ученику легче совладать со стрессом конструктивно. Группы различаются не только регионом, и различия между ними нельзя целиком приписать напряжённой обстановке. Пошаговый отбор предикторов при большом числе шкал склонен к случайным находкам, поэтому «теневой» эффект самооценки здоровья и значимости окружения требует проверки. Объяснения этих эффектов — предположения авторов. Числовые результаты (коэффициенты, средние) вынесены в приложения и в тексте статьи почти не приведены.
Ограничения
Авторы указывают, что территориальные и социокультурные особенности могли повлиять на проявление личностных ресурсов и ощущение безопасности. Учащиеся новых субъектов и постконфликтных территорий обладают особым социальным опытом, что ограничивает перенос выводов на другие условия.