Работа с родителями старшеклассников: о чём говорить с семьями девятиклассников при выборе пути и с семьями десятиклассников, когда учёба уходит на второй план

Материал для психолога, который готовит выступление или консультацию для родителей старшей школы: что происходит с ребёнком в девятом и десятом классе и какие родительские действия помогают, а какие только усиливают отчуждение. Разбираются три развилки девятиклассника — отказ от продолжения образования, уход в среднее специальное и подготовка к вузу, — а также типичные для десятого класса ситуации: адаптация в новом коллективе, резкая смена критериев оценки и потеря интереса к учёбе после напряжённого девятого. Автор описывает две беседы-опоры для родителей — по вопросам Л. А. Головей о профессиональном выборе и по опроснику В. С. Юркевич о познавательной потребности — и подчёркивает, что никакая методика не заменит осознанного самостоятельного решения школьника. Это первая часть публикации, разбор одиннадцатого класса опубликован в следующем номере.

Практические выводы

  • Уход из школы после девятого класса автор предлагает не оценивать отрицательно сам по себе, но разбирать, стоит ли за ним низкая самооценка или непринятие в классе.
  • Вместо спора с нежеланием учиться автор предлагает родителям два вопроса ребёнку — зачем знания лично ему и что мешает учиться сейчас — и совместную «антикризисную программу» с приоритетами и снижением нагрузки.
  • Выбор «за компанию» оспаривается не упрёками, а аргументом про риск быстро разочароваться в пути, выбранном без учёта собственных интересов, при том что дружба от места учёбы не зависит.
  • Падение отметок в десятом классе автор объясняет сменой критериев оценки, а не утратой способностей; работа строится через разбор замечаний педагогов и новые параметры работ.
  • За консультацией о новых требованиях к работам автор советует отправлять к учителю самого школьника, а не родителя.

Работа с родителями старшеклассников: о чём говорить с семьями девятиклассников при выборе пути и с семьями десятиклассников, когда учёба уходит на второй план

Автор: Кравцова Е. М.
Источник: Работа с родителями старшеклассников
Год и выпуск: 2009, № 3

Когда пригодится

Психологу, который готовит выступление на родительском собрании в девятом или десятом классе, ведёт консультации по профессиональному самоопределению или собирает раздаточный материал для родителей старшеклассников. Автор идёт по классам и внутри каждого разбирает типичные ситуации вместе с формулировками, которые родителю стоит и не стоит произносить, — это то, чего обычно не хватает в общих текстах про «поддержку подростка». Материал охватывает девятый и десятый классы; разбор одиннадцатого опубликован в следующем номере журнала.

Основное содержание

Чем различаются классы старшей школы. Девятый класс — год самоопределения и первых экзаменов, воспринимаемых как настоящие. Десятый автор называет «затишьем перед бурей»: можно отдохнуть после напряжённого девятого и перед выпускным одиннадцатым, но именно в этот период часто возникают сложности в учёбе и в отношениях. Одиннадцатый — самый сложный период и для учеников, и для родителей.

Девятый класс: нагрузка и потеря смысла. Появляются новые предметы, углубляются знакомые, растут требования педагогов — у многих школьников поднимаются напряжённость и тревожность, мешающие учиться. Если ученик ушёл во внутренний мир или в общение со сверстниками, не реагирует на замечания и равнодушен к плохим отметкам, автор советует родителям не давить общими словами о пользе знаний, а предложить ребёнку самому ответить на два вопроса: зачем лично мне в дальнейшем могут понадобиться знания и каким жизненным целям отвечает образование. Отвечать можно устно или письменно, обсуждать обязательно, высмеивать нельзя. Если школьник называет цель, следующий вопрос — что мешает учиться сейчас; на основе ответов родители вместе с ребёнком составляют «антикризисную программу», где распределяют учебные приоритеты и намечают меры по снижению нагрузки. Если же подросток уходит от разговора или требует оставить его в покое, автор прямо переадресует ситуацию к специалистам: искать причины нужно в тесном контакте с педагогами и психологами.

Развилка первая: отказ от продолжения образования. Право уйти из школы после девятого класса у ученика есть, и сам по себе этот выбор не должен оцениваться взрослыми отрицательно — для кого-то он единственно верный. Но за ним могут стоять личностные проблемы: низкие притязания вместе с негативной оценкой своих способностей и отсутствием самоуважения, неверие в собственные силы, непонимание значения выбора. Что делать родителям: чаще хвалить, но только за реальные, пусть небольшие заслуги, и дать выбрать внешкольное занятие по собственному усмотрению, не критикуя выбор и оставив ребёнку полную самостоятельность, изредка проявляя интерес к его успехам и трудностям.

Отдельно разбирается случай, когда за желанием уйти стоит непринятие в классе. Автор перечисляет косвенные признаки: подросток никого из одноклассников не зовёт в гости, не переписывается с товарищами, не занимает телефон, не гуляет и не рассказывает о школе ничего хорошего. В этом случае задача родителей — собрать и передать ребёнку максимально полную информацию о вариантах продолжения среднего образования: другая школа, колледж по интересующей специальности, вечерняя школа — и дать выбрать самому; в новом коллективе шанс найти друзей выше.

Развилка вторая: среднее специальное образование. Если школьник приводит убедительные аргументы в пользу выбранной специальности, вмешиваться не стоит. Если на вопрос «почему именно эта специальность» звучат невразумительные доводы или раздражённые отговорки — помогать формулировать жизненные цели и обсуждать, как к ним двигаться.

Развилка третья: школа и вуз. Совмещать обучение в школе с подготовкой к поступлению трудно, и это не отменяет участия подростка в семейных делах и домашних обязанностей. Главное, что он должен чувствовать: взрослые одобряют его решение и не изменят отношения к нему в случае провала. Отдельно оговорён выбор «за компанию»: подростки обычно честно называют этот мотив, поскольку мнение сверстников в этом возрасте перевешивает мнение всех взрослых вместе взятых. Возражать упрёками вроде «нечего обезьянничать» или «у тебя своя голова на плечах» бесполезно — это вызывает только раздражение. Работающий аргумент другой: выбранный без учёта собственных интересов и способностей путь рискует скоро наскучить, а общаться со школьными друзьями можно всю жизнь независимо от того, кто где учится.

Беседа о профессиональном выборе. Автор приводит перечень вопросов для родительской беседы, сформулированных Л. А. Головей: о любимых и нелюбимых школьных предметах, о кружках и факультативах, выбранных по собственному желанию, о занятиях в свободное время, об интересующей области деятельности, о выбранной профессии и намеченных путях её получения, о том, что именно в профессии привлекает — от содержания самого труда и контактов с людьми до заработка, перспектив роста и лёгкости получения. Правила проведения: выбрать момент, когда никто не торопится; начать с рассказа родителей о собственном выборе профессии и о судьбе одноклассников; ответы записать, но не при ребёнке, иначе беседа превратится в формальность; появление новых вопросов и тем — хороший знак.

При разборе ответов автор предлагает смотреть на три вещи: насколько выбор осмыслен и реалистичен; нет ли противоречия между склонностями подростка в школьных и внешкольных занятиях и характером дела, которому он собирается посвятить жизнь; готов ли он серьёзно трудиться ради цели или рассчитывает обойтись без усилий. Отдельно отмечено, что представления девятиклассников о профессиях обычно упрощённые и стереотипные, усиленные влиянием СМИ, а предпочтение часто отдаётся не содержанию работы, а предполагаемой оплате — со скрытым допущением, что диплом юриста, экономиста или врача сам по себе принесёт признание. Поэтому полезно спросить, какие способности нужны для выбранной профессии и какие особенности характера могут помешать стать в ней хорошим специалистом.

Если школьник перекладывает ответственность за выбор на родителей («не знаю», «мне всё равно»), давать конкретные советы, куда идти учиться, автор не рекомендует — нужно помочь ему найти себя и оценить свои способности, при необходимости обратившись к психологу-профконсультанту. Прямая оговорка автора: арсенал профконсультационных средств велик, но никакая методика не заменит осознанного самостоятельного решения.

Десятый класс: новый коллектив. Десятиклассники, как правило, попадают в новую среду — профильный класс или другую школу; первые месяцы уходят на адаптацию и приобретение статуса среди сверстников. Родителям важно понимать значимость этого вхождения и поддержать, но не вмешиваться во взаимоотношения со сверстниками, не ходить в школу и не выяснять отношения с родителями других учеников — исключение автор оставляет только для крайних случаев с серьёзными основаниями для опасений.

Десятый класс: смена критериев оценки. Слабоуспевающие ученики обычно уходят после девятого, требования растут, материал усложняется — поэтому вчерашний отличник может стать средним или слабым учеником, а твёрдый «четвёрочник» — неуспевающим. Особенно часто это происходит при поступлении в престижное учебное заведение по настоянию взрослых. Более низкие, чем привычные, отметки бьют по самооценке и меняют поведение: подросток становится подавленным и замкнутым либо, наоборот, злобным и агрессивным. Порядок действий для родителей: выяснить, какие именно предметы даются сложнее всего; объяснить, что требования выросли и оценивают его по новым критериям; вместе разобрать замечания педагогов и сформулировать новые параметры — каким условиям должны отвечать письменные и устные работы, рефераты, доклады; при необходимости получить консультацию учителя, причём желательно, чтобы за ней шёл сам школьник, а не родитель; помочь выполнить несколько заданий по установленным правилам.

Десятый класс: учёба отходит на второй план. Усталость после экзаменов и решений о будущем — это реальная потребность в передышке, и «затишьем» десятого класса взрослым стоит воспользоваться, чтобы больше времени проводить с детьми и помочь восстановить силы. Опасность в том, чтобы не дать расслабиться настолько, что потеряется рабочий тонус и время подготовки к выпускным экзаменам. Критика при этом не работает: упрёки вроде «целыми днями ничего не делаешь, тебя ничего не интересует» пользы не приносят. Автор предлагает вместо этого спокойно назвать свои опасения и объяснить, что именно в поведении беспокоит, а также рассказать, что интересовало самих родителей в этом возрасте и о каких упущенных возможностях они сейчас жалеют.

Опросник о познавательной потребности. Чтобы понять, насколько глубоко десятиклассник «охладел» к учёбе, автор ссылается на опросник В. С. Юркевич: на пять вопросов отвечает взрослый, опираясь на наблюдения за ребёнком, а не сам подросток. Вопросы касаются того, связаны ли интересы с будущей профессией, обращается ли школьник к серьёзным источникам, ставит ли перед собой задачи, требующие многодневной работы, готов ли выполнять рутинную часть работы внутри интересного дела и способен ли долго заниматься интеллектуальной работой в ущерб развлечениям. Результат читается по преобладающему типу ответов и указывает на один из трёх уровней: развитая целенаправленная познавательная деятельность (здесь помощь родителей нужна скорее в организации режима — часть таких школьников учится «на износ» вплоть до истощения), любознательность без организованного характера (помогают необычный способ изучения самого привлекательного предмета, занимательные пособия, совместные обсуждения) и низкий уровень познавательной потребности (нужно найти хоть какую-то интересующую область, присмотреться к внешкольным занятиям и дать возможность действовать самостоятельно, не отказывая в помощи). Формулировки вариантов ответа и правило подсчёта здесь не приводятся — их следует брать в первоисточнике.

Ограничения

Автор сама оговаривает границу применимости профориентационного инструментария: методики помогают выявить способности, но не заменяют осознанного самостоятельного решения школьника, и право окончательного выбора остаётся за старшеклассником, а не за родителями.

Источники