Авторы проверяли гипотезу о прямой связи уровня сюжетной игры с пониманием эмоций у 50 детей 5–7 лет из пяти московских детских садов, работающих по разным программам: игру оценивали наблюдением по 15 параметрам, понимание эмоций — стандартизованным тестом TEC. Гипотеза не подтвердилась: ни общий балл, ни один блок или параметр игры не дали значимой корреляции с результатами теста. Попутно выяснилось, что с возрастом связаны только «коллективные» параметры игры (совместная игра с детьми r=0,469), а девочки получили более высокие оценки по сложности игры. Это отрицательный результат на небольшой выборке с нестандартизованной методикой оценки игры, но он полезен как контраргумент к тезису «развитая игра значит понимание эмоций».
Практические выводы
- Гипотеза о связи уровня игры и понимания эмоций не подтвердилась: все корреляции в диапазоне от -0,21 до 0,16 и ни одна не значима.
- С возрастом связаны только параметры коллективности игры: совместная игра с детьми (r=0,469), контакты со сверстниками (r=0,338), устойчивость игровых объединений (r=0,328) — авторы предлагают использовать их для возрастной диагностики игры.
- По тесту TEC лучше всего давался компонент «внешние причины эмоций», хуже всего — «ментальные причины» (в среднем 1 балл из 3); общий балл 4,74 при ожидаемых для возраста 5–6.
- Средние оценки игры по блокам — 3–4 балла вместо ожидаемых для старших дошкольников 4–5.
- Гендерные различия в пользу девочек по трём параметрам сложности игры: содержание игры (4,0 против 4,6), отношение к роли (3,2 против 3,9), творческость (3,6 против 4,8).
Уровень сюжетной игры и понимание эмоций у детей 5–7 лет оказались не связаны: ни одной значимой корреляции по 19 показателям игры
Авторы: Рябкова И.А., Тимохина Ю.И., Мястковская Е.Ю.
Оригинал: Связь игровой деятельности и понимания эмоций у старших дошкольников
Год и выпуск: 2023, № 4
Кому и для какого вопроса пригодится
Психологу и педагогу дошкольной организации, который планирует работу над эмоциональной сферой и должен решить, можно ли рассчитывать на игру саму по себе. Ответ этого исследования — нельзя: уровень развития сюжетной игры и понимание эмоций у детей 5–7 лет не связаны, а значит «у него хорошая игра, значит с эмоциями всё в порядке» и обратное заключение равно неверны. Второй полезный сюжет — наблюдаемые параметры игры, которые действительно растут с возрастом, и потому пригодны для возрастной диагностики игровой деятельности.
Что именно изучали
Гипотеза: между уровнем развития сюжетной игры детей 5–7 лет и пониманием ими эмоций есть прямая связь. Возраст выбран потому, что к пяти годам игра достигает расцвета и фактор недоразвитой по возрасту игры можно снять.
Выборка — 50 детей (29 мальчиков, 21 девочка) от 5 лет 0 месяцев до 7 лет 5 месяцев (в среднем 76,7 месяца) из пяти детских садов Москвы и области, работающих по разным программам («Березка» в двух садах, «Реджио», «Золотой ключик», «От рождения до школы»); в каждом саду обследовали всех детей группы, присутствовавших в день исследования, поэтому подгруппы вышли от 6 до 15 человек.
Игра оценивалась наблюдением по мониторингу Л.Б. Баряевой и А.П. Зарина, сокращённому авторами до 15 параметров в пяти блоках: предметный материал игры, форма игры (одиночная, совместная с детьми и со взрослым, контакты со сверстниками, устойчивость игровых объединений), уровень игры (содержание игровых действий, проблемная ситуация, отношение к роли, творческость), качество взаимодействия (инициатива, отзывчивость, согласование действий, средства взаимодействия) и аффективный материал игры. Каждый параметр — от 0 до 5 баллов. Наблюдение шло в два этапа: сначала совместная оценка исследователя и воспитателя, затем две недели самостоятельных наблюдений воспитателя; для анализа брались средние из двух оценок.
Понимание эмоций измерялось тестом TEC, апробированным в России на выборке 596 детей 5–6 лет. Тест даёт три компонента по три показателя каждый — понимание внешних причин эмоций, понимание ментальных причин (убеждения, воспоминания, скрытые эмоции) и рефлексия эмоций (регуляция, смешанные эмоции, моральные эмоции), общий балл от 0 до 9. Предъявление шло через компьютерную программу индивидуально. Статистика — корреляции Спирмена, различия по критерию Манна-Уитни, поправка Бонферрони для множественных сравнений.
Что обнаружили
- Главный результат отрицательный: значимых корреляций между результатами теста понимания эмоций и оценками игры нет ни с общим баллом, ни с блоками, ни с отдельными параметрами. Коэффициенты лежат в узком диапазоне от -0,21 до 0,16 при уровнях значимости от 0,15 и выше.
- Единственное различие при сравнении групп — дети, верно решившие задание на понимание смешанных, противоречивых эмоций (24 человека, 48%), получили более высокую оценку по параметру «творческость» игры (4,25 против 3,64; U=189,5, p=0,015). После поправки Бонферрони на множественные сравнения это различие значимым не остаётся, и авторы честно это указывают.
- Уровень игры по выборке снижен относительно ожидаемого для старших дошкольников: 3–4 балла по блокам вместо 4–5.
- Общий балл понимания эмоций тоже несколько ниже нормативного для возраста: 4,74 при ожидаемых 5–6. Внутри теста легче всего давались внешние причины эмоций, труднее — рефлексия, а хуже всего — ментальные причины (в среднем около 1 балла из 3).
- С возрастом связаны только параметры, отражающие коллективную сторону игры: совместная игра с детьми (r=0,469, p=0,001), контакты со сверстниками (r=0,338), устойчивость игровых объединений (r=0,328) и блок «форма игры» в целом (r=0,315). Содержание игры, отношение к роли, творческость, инициатива и отзывчивость с возрастом не связаны.
- Девочки получили более высокие средние оценки по трём из четырёх параметров блока «уровень игры»: содержание игры (4,6 против 4,0), отношение к роли (3,9 против 3,2), творческость (4,8 против 3,6).
Что из этого следует — и не следует
Вывод авторов: отсутствие связей дополняет картину предыдущих работ, где связи игры с пониманием эмоций либо не находили, либо находили слабые и неустойчивые. Они предполагают, что связь стоит искать не в параметрах активности ребёнка в игре, а в коммуникативных аспектах — успешности внутриигрового взаимодействия и развёрнутости словесно проговариваемого замысла: именно такие параметры давали слабые связи в исследовании Е.О. Смирновой и коллег, а прямых аналогов им в этой работе нет. Отдельно как перспективную линию они отмечают связь понимания противоречивых чувств со сложностью придумываемого сюжета.
Чего из этого не следует. Отрицательный результат не означает, что игра не нужна для эмоционального развития: проверялась связь уровня игры с одним — когнитивным — аспектом эмоциональной сферы, а переживания в игре, эмоциональная саморегуляция и поведение не измерялись. Результат также не переносится на игру под руководством взрослого: это одномоментное наблюдение свободной игры, а не формирующий эксперимент. Гендерные различия авторы сами называют требующими отдельной проверки — по данным одной выборки из 29 мальчиков и 21 девочки делать выводы о «более сложной игре у девочек» нельзя. И обратное: сниженные средние по игре и по тесту получены на пяти небольших разновозрастных группах и не являются нормативной оценкой состояния игры у дошкольников в целом.
Ограничения
Авторы называют ограничениями работы использование нестандартизованной методики оценки игры (мониторинг был существенно сокращён и изменён под задачи исследования) и небольшую выборку, локализованную в Москве и Московской области.