Пилотное сравнение 14 пар «мать — ребёнок с сахарным диабетом 1 типа» и 16 контрольных пар показало более контролирующую и тревожную материнскую позицию при менее выраженной последовательности и сотрудничестве. Дети с диабетом реже признавали негативные чувства в отношениях с матерью, реже решали конфликты с одноклассниками сами и чаще обращались к взрослым, при этом различий в коммуникативных способностях по оценкам педагогов не обнаружилось. Выборка мала, контрольная группа набрана в той же реабилитационной школе-интернате, а корреляции получены на четырнадцати наблюдениях, поэтому выводы остаются предварительными.
Практические выводы
- Матери детей с диабетом выше оценивают свою требовательность, авторитет и стремление к согласию, но ниже — последовательность и сотрудничество
- В эссе о обычном дне тревога упоминалась у 57% матерей детей с диабетом против 18,75% в контрольной группе (p<0,001)
- Контроль матери упомянут в 11 диадах из 14 против 8 из 16 в контроле; совпадающие совместные занятия — в 4 из 14 против 9 из 16
- По оценкам педагогов коммуникативные способности детей двух групп значимо не различались
- Материнская гиперопека в группе диабета выше лишь на уровне тенденции (p=0,057)
Дети 10–12 лет с диабетом 1 типа реже конфликтуют с одноклассниками и чаще зовут взрослого, а их матери описывают день через собственную тревогу
Авторы: Сабитова Р.А., Булыгина М.В.
Оригинал: Отношения с матерью и сверстниками у детей предподросткового возраста с сахарным диабетом
Год и выпуск: 2023, № 3
Кому и для какого вопроса пригодится
Педагогу-психологу школы, где учится ребёнок с сахарным диабетом 1 типа, и специалисту, консультирующему такие семьи. Работа описывает конфигурацию, которую легко не заметить: ребёнок с хроническим заболеванием может выглядеть благополучно — он не конфликтует, вежлив с одноклассниками, у него хорошие отношения с матерью, — и именно это сочетание авторы разбирают как проблему предподросткового возраста, а не как признак адаптации. Второй адресат — специалист, планирующий работу с родителями: статья показывает, на чём сосредоточена мать, когда описывает обычный день с ребёнком, и как это расходится с описанием самого ребёнка.
Что именно изучали
Пилотное сравнение двух небольших групп. Основная — 14 пар «мать и ребёнок с сахарным диабетом 1 типа» (7 мальчиков, 7 девочек), контрольная — 16 пар «мать и ребёнок без хронических соматических заболеваний». Все дети 10–12 лет, средний возраст около 11 лет. База исследования — реабилитационная школа-интернат в Москве, дети ежедневно возвращались домой; участие добровольное, с согласия родителей.
Набор методик широкий и разнородный: опросник взаимодействия родителя и ребёнка для матерей; проективный семейный тест отношений — для представлений ребёнка; эссе матери о её обычном дне с ребёнком и беседа с самим ребёнком о его обычном дне с мамой (оба текста обрабатывались контент-анализом по частоте упоминаний тревоги, контроля, совместных занятий, самостоятельности и увлечений); две авторские анкеты для педагогов — об общении с матерью и о коммуникации ребёнка со сверстниками; модифицированная методика неоконченных предложений об отношениях с одноклассниками. Статистика — U-критерий Манна–Уитни, χ², ранговая корреляция Спирмена, размеры эффекта через ранговую бисериальную корреляцию.
Что обнаружили
- По самооценке матерей, в группе диабета выше требовательность, собственный авторитет и стремление к согласию с ребёнком, а последовательность и сотрудничество — ниже, чем в контрольной группе. При этом все показатели в обеих группах остались в зоне средних значений методики.
- В эссе матери детей с диабетом заметно чаще писали о собственной тревоге за состояние ребёнка (57% против 18,75% случаев; p<0,001) и о своём контролирующем поведении (p=0,020). Матери контрольной группы чаще рассказывали об увлечениях ребёнка и совместных с ним занятиях (p=0,039).
- Сопоставление рассказов матери и ребёнка внутри пары: контролирующая позиция матери упоминалась в 11 диадах из 14 в группе диабета против 8 из 16 в контроле, а совпадающие описания совместных занятий — лишь в 4 из 14 против 9 из 16. Авторы отмечают, что в группе диабета чаще встречались сильные расхождения между рассказом матери и рассказом ребёнка об одном и том же дне.
- Неожиданное направление дал проективный тест: негативные чувства, исходящие от матери, чаще признавали дети контрольной группы (p=0,021). Материнская гиперопека в группе диабета выше лишь на уровне тенденции (p=0,057). Авторы читают это как идеализацию отношений с матерью у детей с диабетом.
- По оценкам педагогов коммуникативные способности — умение договариваться, действовать сообща, поддерживать, лидировать — у двух групп значимо не различались. Различие проявилось в другом: в конфликте дети с диабетом чаще звали на помощь взрослого, особенно девочки (57,1% против 16,7%).
- В неоконченных предложениях девочки контрольной группы открыто говорили о неприязни к некоторым одноклассникам (42,9%), а девочки с диабетом высказывались нейтрально или дружески (p=0,028). Склонность к агрессивному решению проблем в контрольной группе выше (p=0,01).
- Корреляционные картины в двух группах различались. В группе диабета «сотрудничающие» отношения с матерью оказались отрицательно связаны с числом друзей, умением договариваться и стремлением к лидерству, а признание негативных чувств к матери — положительно со склонностью к агрессивному решению конфликтов. В контрольной группе с числом друзей отрицательно связано материнское гиперпотакание.
Что из этого следует — и не следует
Практически ценно само наблюдение: отсутствие конфликтов и подчёркнуто позитивная картина отношений с матерью у предподростка с хроническим заболеванием могут означать не благополучие, а сузившийся диапазон допустимых чувств и отложенную сепарацию. Для школьного специалиста это повод смотреть не только на жалобы, но и на то, умеет ли ребёнок отстаивать свои границы и решать спор без взрослого. Полезно и расхождение описаний дня внутри пары — приём, который легко воспроизвести в консультировании.
Чего исследование не позволяет утверждать. Четырнадцать пар в основной группе и шестнадцать в контрольной — это пилот, и авторы прямо так его и называют. Проверок на множественность сравнений при таком числе тестов не проводилось, а часть различий получена на половинах групп: выводы о девочках опираются на семь человек в каждой группе, где один ребёнок меняет долю на 14 процентных пунктов. Корреляции между детско-материнскими отношениями и отношениями со сверстниками рассчитаны на четырнадцати наблюдениях; направление причинности в них не определено, и утверждение, что тревога матери «порождает» трудности выхода к сверстникам, из корреляции не следует — возможна и обратная последовательность, и общая причина в виде тяжести заболевания и режима его ведения. Отдельно отметим, что вторая гипотеза — о снижении коммуникативной компетентности детей с диабетом — прямой проверкой не подтвердилась: по оценкам педагогов группы не различались, и вывод о «низкой компетентности» держится только на корреляциях внутри группы.
Что стоит сверить с оригиналом. Контрольная группа набрана в той же реабилитационной школе-интернате, то есть это дети без хронических соматических заболеваний, но обучающиеся в специальном учреждении, — насколько такое сравнение равносильно сравнению со сверстниками из массовой школы, по статье судить нельзя. В разделе про звонки педагогам матери детей с диабетом сравниваются с матерями «учащихся с другими заболеваниями (болезнями крови, пороками сердца)», хотя такой группы в описании выборки нет: заявлены только группа диабета и контрольная. Наконец, данные об отцах авторы упоминают как полученные, но в статью не вошедшие, — на них опираться нельзя.
Ограничения
Авторы называют ограничением небольшую выборку и считают необходимым более масштабное исследование, в том числе сравнение с детьми, имеющими другие хронические заболевания — врождённый порок сердца, гемофилию. Они также предлагают сравнить младших школьников и подростков с диабетом, чтобы проследить динамику сепарации, и изучить родительскую позицию отцов. Отдельно оговорено, что часть данных получена интервью, эссе и неоконченными предложениями: это даёт живой материал, но в дальнейшем требует привлечения группы экспертов для оценки содержания.