Сравнение 20 родителей дошкольников с РАС и 20 родителей дошкольников с нормативным развитием по четырём опросникам (АСТ, АСВ, PARI, ДОБР) показало у первой группы гиперпротекцию как доминирующий стиль воспитания, склонность к потворствованию, дефицит требований-запретов и санкций, воспитательную неуверенность и повышенную общую семейную тревогу. По методике отношения к болезни ребёнка выражены интернальность, тревога и преувеличение тяжести состояния при недостаточном контроле активности ребёнка. Выборка мала, проценты в тексте не сводятся с числом участников, а вывод «у всех родителей» расходится с приведённой цифрой 55% — результаты стоит читать как описание тенденции, требующее проверки по оригиналу.
Практические выводы
- Гиперпротекция выявлена у 100% родителей детей с РАС против 33% в группе сравнения — самое резкое различие исследования.
- Различия по АСВ касаются четырёх шкал: потворствование, недостаточность требований-запретов, минимальность санкций, воспитательная неуверенность.
- По шкалам вины и тревожности опросника семейной тревоги группы не различались — различие дал именно суммарный показатель.
- По PARI различия получены по шести установкам, среди них самопожертвование, опасение обидеть, подавление агрессивности и уклонение от конфликта.
- По ДОБР высоки интернальность, тревога и нозогнозия (преувеличение тяжести состояния), низок контроль активности ребёнка.
Родительская позиция в семьях дошкольников с РАС: гиперпротекция, минимум запретов и санкций на фоне повышенной семейной тревоги
Авторы: Кисова В.В., Конева И.А.
Оригинал: Родительская позиция в семьях, воспитывающих дошкольников с расстройствами аутистического спектра
Год и выпуск: 2022, № 1
Кому и для какого вопроса пригодится
Психологу, который ведёт семью дошкольника с РАС и планирует работу не только с ребёнком, но и с родительской позицией: статья показывает, какие именно её составляющие в этой группе отклоняются от картины у родителей нормативно развивающихся сверстников и какими инструментами это можно увидеть на приёме. Практический смысл — понимать, что запрос «научите справляться с поведением» часто упирается не в незнание приёмов, а в устойчивое сочетание гиперопеки, отказа от запретов и воспитательной неуверенности.
Статья пригодится и при проектировании программы поддержки родителей: авторы сами называют её разработку следующим шагом и перечисляют мишени — восстановление эмоциональных ресурсов семьи, родительская компетентность, воспитательный потенциал.
Что именно изучали
Цель — выявить особенности родительской позиции в семьях, воспитывающих дошкольников с РАС. Дошкольный возраст выбран как период, наиболее благоприятный для формирования продуктивной родительской позиции и раннего включения родителей в коррекционно-развивающую работу.
Выборка: 20 родителей дошкольников с РАС (база — Центр длительной реабилитации детей «Добрый сад», Нижний Новгород) и 20 родителей дошкольников с нормальным психическим развитием (база — детский сад в городе Кстово Нижегородской области). Возраст родителей 25-40 лет. Распределение по полу родителей и характеристики детей (возраст, выраженность нарушений) в статье не приводятся.
Инструменты: опросник «Анализ семейной тревоги» (АСТ), опросник «Анализ семейных взаимоотношений» (АСВ) — оба Э.Г. Эйдемиллера и В.В. Юстицкиса, методика изучения родительских установок PARI (Шафер и Белл в адаптации Т.В. Нещерет) и методика диагностики отношения к болезни ребёнка (ДОБР) В.Е. Кагана и И.П. Журавлёвой. Различия между группами проверялись t-критерием Стьюдента.
Теоретическая рамка — представления о родительской позиции как о сплаве эмоционального отношения, когнитивного образа ребёнка и модели родительского поведения (О.А. Карабанова, А.Я. Варга), с критериями продуктивности по А.С. Спиваковской: динамичность (гибкость поведения) и прогностичность (способность предвосхищать возрастные изменения).
Что обнаружили
- По опроснику семейной тревоги в группе РАС чаще всего выражена напряжённость в семейной ситуации — 55% родителей. Повышенный общий уровень семейной тревоги — у 47% родителей детей с РАС против 14% в группе сравнения.
- По шкалам вины и тревожности группы не различались: 9% и 27% в группе РАС против 11% и 24% в группе сравнения. Различие даёт именно суммарный показатель.
- Гиперпротекция как стиль воспитания диагностирована у 100% родителей детей с РАС и у 33% родителей детей с нормативным развитием.
- Статистически значимые различия получены по четырём шкалам АСВ: потворствование (54% против 27%), недостаточность требований-запретов (63%), минимальность санкций (72%), воспитательная неуверенность родителей (56%).
- По методике PARI различия получены по установкам «вербализация», «ощущение самопожертвования», «опасение обидеть», «подавление агрессивности», «развитие активности ребёнка» и «уклонение от конфликта».
- По методике отношения к болезни ребёнка у родителей детей с РАС высоки интернальность (восприятие состояния ребёнка как неподконтрольного), тревога и нозогнозия (преувеличение тяжести), низок контроль активности ребёнка. Общий уровень напряжённости — 75,15 балла, что авторы трактуют как повышенный.
Что из этого следует — и не следует
Авторы заключают, что родительская позиция в семьях детей с РАС имеет проблемные зоны и нуждается в коррекции: доминирует гиперпротекция, ребёнку не ставят требований-запретов и почти не применяют санкций, ведущей стратегией становится материнское самопожертвование вместе с подавлением негативных чувств. Для практики это скорее описание типичной конфигурации, с которой специалист столкнётся в кабинете, чем доказанная причинная связь.
Чего исследование не позволяет утверждать. Дизайн — одномоментное сравнение двух групп по 20 человек, поэтому из него не следует, что перечисленные особенности вызваны аутизмом ребёнка или что они ухудшают его развитие: связь с исходами у детей не измерялась вовсе. Группы не уравнены по составу семей, образованию, возрасту и состоянию детей, а сравнение идёт между родителями из реабилитационного центра и из обычного детского сада — то есть различаться может и сам путь попадания в выборку. Слова о «коррекции негативных особенностей» — это рекомендация авторов, а не проверенный ими результат: программы поддержки в работе не апробировались.
Отдельно о качестве изложения цифр — при 20 участниках в группе доли могут быть только кратны 5%, тогда как в тексте приведены 9%, 27%, 47%, 54%, 56%, 63%, 72%, 11%, 24%, 14% и 33%; как именно они получены, из статьи неясно. Вывод «у всех родителей детей с РАС выражена напряжённость в семейной ситуации» противоречит собственному результату авторов (55%). Уровень значимости напечатан как «p³0,05», то есть в нечитаемом виде, а применение t-критерия Стьюдента к долям выявленных типов при таком объёме групп требует проверки. Числа из этой статьи не стоит переносить в собственные материалы без сверки с оригиналом.