Русскоязычная версия Шкалы вторичного травматического стресса (STSS, 17 пунктов) проверена на выборке 2382 специалистов, работающих с детьми с ОВЗ и инвалидностью и их семьями, — преимущественно педагогов, дефектологов и психологов. Внутренняя согласованность высокая, наилучшее соответствие данным дала бифакторная модель (общий фактор плюс вторжение, избегание, гипервозбуждение), связи с ПТСР, выгоранием, тревогой и депрессией подтверждают конвергентную валидность. Инструмент предназначен для оценки состояния самого специалиста, а не его клиентов; в таблицах статьи есть расхождения в подписях субшкал и в диапазоне суммарного балла, которые нужно сверить до использования.
Практические выводы
- Инструмент оценивает состояние самого специалиста при косвенном контакте с травматическим опытом других, а не состояние детей
- Альфа Кронбаха 0,95 для общего балла и 0,83—0,88 для субшкал; лучшая модель — бифакторная (RMSEA 0,039, SRMR 0,027)
- Самая сильная связь — с эмоциональным истощением выгорания (r = 0,71) и общим баллом ПТСР по PCL-5 (r = 0,68)
- Со шкалами профессиональной успешности и совладания связи слабые (r ≈ 0,13—0,23): позитивную адаптацию шкала не измеряет
- Авторы называют ограничениями гендерный дисбаланс выборки (95,9% женщин) и появление новой короткой шкалы STIS (2025)
Шкала вторичного травматического стресса (STSS): русскоязычная версия для специалистов помогающих профессий
Авторы адаптации: Казенная Е.В., Золотарева А.А., Ульянова А.С., Лебедева Н.А., Карпова Д.А.
Оригинал методики: Secondary Traumatic Stress Scale (STSS), B.A. Bride и соавт., 2004
Год и выпуск публикации адаптации: 2025, № 4
Для какой задачи
Оценка выраженности вторичного травматического стресса — симптомов, сходных с посттравматическими, которые возникают у специалиста не из собственного травматического опыта, а из регулярного косвенного контакта с тяжёлым опытом тех, кому он помогает. Практическая задача — мониторинг профессионального благополучия: отличить ситуацию, где специалист устал и выгорел, от ситуации, где у него уже сформировались симптомы вторжения, избегания и гипервозбуждения, связанные с историями его подопечных.
Для кого и в каком контексте
Инструмент предназначен взрослым специалистам помогающих профессий — педагогам, дефектологам, психологам, социальным работникам, медицинским работникам, — то есть заполняет его сам специалист о себе, а не о ребёнке или клиенте. Русскоязычная версия проверена на выборке, где 92% работают в образовательных организациях для обучающихся с ограниченными возможностями здоровья, поэтому именно к этому контексту она относится с наибольшим основанием.
Формат — самоотчёт, 17 пунктов, ответы по пятибалльной шкале Ликерта; применение возможно индивидуально и в групповом скрининге, в том числе онлайн (данные адаптации собраны электронной рассылкой). Авторы указывают, что в оригинальной версии пороговым для клинически значимого уровня считается суммарный балл 40. Русскоязычный текст шкалы опубликован в приложении к статье — за ним нужно обращаться к первоисточнику; здесь он не воспроизводится, как и любые ключи.
Выборка адаптации: 2382 специалиста из разных регионов России, 95,9% женщины, возраст от 19 до 79 лет (M = 46,1; SD = 11,8), 86,4% с высшим образованием; педагоги 61,8%, дефектологи 19,3%, психологи 17%, социальные работники 1,3%. Перевод выполнен по многоэтапной процедуре с обратным переводом двумя билингвальными специалистами.
Что оценивает
Общий уровень вторичного травматического стресса и три группы симптомов, соответствующие кластерам посттравматического стрессового расстройства: вторжение (навязчивые мысли о переживаниях подопечного), избегание (стремление избегать напоминаний о тяжёлых историях) и гипервозбуждение (гипербдительность, раздражительность, нарушения сна).
Конфирматорный факторный анализ на русскоязычной выборке показал наилучшее соответствие бифакторной модели — общий фактор плюс три специфических (χ² = 441, df = 96, RMSEA = 0,039, SRMR = 0,027), при том что однофакторная и трёхфакторная модели тоже дали приемлемые индексы. Практически это означает, что общий балл интерпретируем как основной показатель, а субшкалы — как дополнительный профиль. Внутренняя согласованность высокая: α Кронбаха 0,95 для общего балла, 0,83—0,88 для субшкал.
Связи с другими инструментами, подтверждающие конвергентную валидность: с общим баллом PCL-5 (симптомы ПТСР) r = 0,68, с эмоциональным истощением по опроснику выгорания r = 0,71, с депрессивной симптоматикой по PHQ-9 r = 0,69, с тревогой по GAD-7 r = 0,67, с дистрессом по PSS-10 r = 0,65 (все p < 0,001). Со шкалами профессиональной успешности и совладания связи слабые (r от 0,13 до 0,23) — авторы делают из этого вывод, что позитивные аспекты адаптации шкала не измеряет.
Важное следствие для интерпретации: перекрытие с выгоранием, тревогой и депрессивной симптоматикой велико, поэтому высокий балл сам по себе не указывает именно на вторичную травматизацию как отдельную причину — авторы сами допускают, что высокие баллы по нескольким шкалам отражают единый процесс дезадаптации.
Перед практическим применением стоит свериться с первоисточником по двум расхождениям в опубликованных таблицах. Первое: пункты описаны как оцениваемые от 1 до 5, но суммарный балл заявлен в диапазоне от 0 до 68, а приведённые средние (общий балл M = 12,9 при 17 пунктах) согласуются с оценкой от 0 до 4, а не от 1 до 5. Второе: в таблице описательных статистик подписи субшкал и их буквенные обозначения не совпадают — «Симптомы вторжения» помечены сокращением AVT, «Симптомы избегания» — INT, тогда как в корреляционной таблице обозначения противоположны. Ни то, ни другое не отменяет психометрических результатов, но влияет на подсчёт и на чтение профиля.
Ограничения
Авторы называют два ограничения: гендерный дисбаланс выборки (95,9% женщин), который, по их словам, отражает реальную структуру помогающих профессий в российском образовании, и появление в 2025 году новой короткой шестипунктовой шкалы Secondary Trauma Impact Scale, относительно которой русскоязычная версия STSS ещё не сопоставлялась.
Ссылки
- первоисточник адаптации: Казенная Е.В., Золотарева А.А., Ульянова А.С., Лебедева Н.А., Карпова Д.А. Валидация русскоязычной версии Шкалы вторичного травматического стресса на выборке специалистов, оказывающих помощь детям с ОВЗ и инвалидностью и их семьям // Консультативная психология и психотерапия. 2025. № 4. С. 76—95 — Валидация русскоязычной версии Шкалы вторичного травматического стресса на выборке специалистов, оказывающих помощь детям с ОВЗ и инвалидностью и их семьям // Консультативная психология и психотерапия — 2025. Том 33. № 4 | PsyJournals.ru;
- оригинальная методика: Bride B.E. et al. Development and validation of the Secondary Traumatic Stress Scale // Research on Social Work Practice, 2004 — https://doi.org/10.1177/1049731503254106;
- текст русскоязычной версии шкалы: приложение к статье по ссылке выше.