Как подростку отказать компании и не прослыть трусом: семь специалистов о приёмах — от разделения ответственности до «выйди из песочницы и займись делом»

База знаний Практика и сопровождение
, , , , ,
1

Заседание психологического клуба журнала по одному запросу: подросток, у которого всё в порядке с нравственностью, жалуется, что приятели давят на него — прыгнуть через турникет, поехать «зацепингом», не убирать мусор, — и спрашивает, как отказать, не оказавшись «трусом» и «ботаником». Редакция специально просила отвечать не с позиции взрослого наставника, а с позиции ровесника, который спорит на равных. Отсюда три разных уровня ответа: набор речевых приёмов (разделение ответственности с тем, кто подбивает; «атака в туман» на обвинения в трусости; ссылка на внешнюю угрозу), социально-психологическое объяснение через иерархию доминирования в группе и через влияние меньшинства по С. Московичи, и стратегическое возражение А.М. Кушнира, что тактическому «отбрёхиванию» учить бесполезно. Часть предлагаемых аргументов — запугивание, давление на тему войны, морализаторство — для занятия в исходном виде не годится и требует решения психолога.

Практические выводы

  • Главный повторяющийся приём — разделение ответственности: предложить тому, кто подбивает, публично взять на себя последствия уступки.
  • На прямые обвинения «ты трус» предложена техника «атака в туман» — частичное согласие без вступления в спор.
  • Сопротивление группе разобрано как вопрос позиции в иерархии: у лидера, у рядового участника и у того, кто готов уйти, возможности разные.
  • Исследования влияния меньшинства дают подростку опору: последовательность, уверенность и аргументированность работают отсроченно и незаметно для большинства.
  • А.М. Кушнир возражает всем остальным: тактические ответы — это обучение «отбрёхиваться», и рано или поздно приятели найдут уязвимое место.

Как подростку отказать компании и не прослыть трусом: семь специалистов о приёмах — от разделения ответственности до «выйди из песочницы и займись делом»

Авторы: Смирнова А.В., Смойкин Д.Д., Беспалов Д.В., Пятаков Е.О., Толотов А.С., Сычев В.А., Кушнир А.М.
Оригинал: Как помочь подростку отстоять перед сверстниками своё право на нравственное поведение

Когда пригодится

Когда к психологу приходит подросток, у которого всё в порядке и с нравственностью, и со здравым смыслом, но на которого давят приятели: не убирай мусор после пикника, прыгай через турникет, поедем «зацепингом», меняй девушек как мы. Его вопрос звучит буквально так: как ответить, чтобы провокации прекратились, но чтобы меня не назвали трусом, слабаком, «ботаником» или предателем. Редакция журнала, формулируя тему заседания клуба, специально попросила участников выйти из роли авторитетных взрослых наставников и поставить себя на место человека, который спорит со сверстниками на равных, — потому что доводы, работающие в разговоре взрослых культурных людей, на подростков не действуют. Материал даёт психологу не готовое занятие, а набор ходов и объяснений разного качества, из которых он собирает собственный разговор.

Основное содержание

Первый слой ответов — речевые приёмы. Самый повторяющийся и самый рабочий из них — разделение ответственности: предложить тому, кто подбивает, взять на себя последствия. Е.О. Пятаков описывает его на эпизоде из советского застолья, где человек отвечал настойчивому «ты меня не уважаешь» условием сесть напротив и принять последствия на свои колени; желающих не находилось. Разновидностей много — от «ты меня потом домой потащишь?» до «ты моих родителей в старости содержать будешь?». А.С. Толотов приводит подростковый вариант: «если об этом узнает моя мама, ты тоже будешь с ней объясняться, согласен?». Второй приём того же автора — «атака в туман», частичное признание правоты оппонента: на «ты глупый» отвечать «ну да, я не всегда бываю умным», на «ты трус» — «ну да, я не всегда бываю смелым». Приём снимает энергию нападения, не втягивая в спор. Третий ход Пятакова — сослаться на внешнюю угрозу и показать логически, что предложенное кончится столкновением с кем-то посерьёзнее. Он же формулирует важное условие для всех приёмов сразу: доказывая своё право не участвовать, нельзя мямлить и сомневаться, надо быть готовым занять предельно жёсткую позицию, отбросить дипломатию и уйти самому — внутренняя сила и независимость вызывают уважение, и через пару дней самые вменяемые приходят извиняться первыми.

Второй слой — попытки дать подростку опору вместо реплики. Д.Д. Смойкин, сам учащийся колледжа, предлагает объяснять свою позицию через принадлежность к обществу и через требование к себе: не могу требовать чего-то от других, если не отвечаю за себя. Д.В. Беспалов, обсудив тему со студентами и преподавателями своего вуза, приводит восемь типичных ситуаций «соблазнения на плохое» с готовыми выходами — от предложения попробовать вещества до предложения избить одноклассника или обидеть слабого; ходы там разные по качеству: где-то это перевод в вопрос («а если бы это была твоя бабушка?»), где-то встречное «слабо» с делом, требующим подготовки, где-то — просто продолжать своё дело, ни на кого не обращая внимания. Он же приносит в разговор единственную научную опору всего заседания: исследования влияния меньшинства С. Московичи, по которым меньшинство способно влиять на установки и поведение большинства, причём влияние может не осознаваться и проявиться позже. Факторы, повышающие этот эффект, названы прямо — последовательность высказываний и поведения, уверенность в своей правоте, аргументированность и появление среди большинства «отступников». Рядом приводится различение М. Дойча и Г. Джерарда: влияние большинства нормативное, влияние меньшинства информационное.

Третий слой — объяснение, почему отказ вообще труден. В.А. Сычев разбирает подростковую компанию как группу с жёсткой иерархией доминирования: открыто пойти против лидера значит заявить либо о намерении уйти из группы, либо о претензии на его место. Отсюда три различных положения. Если подросток сам лидер или близок к вершине, он может изменить поведение группы, опираясь на авторитетные для неё примеры. Если он рядовой участник, ему придётся либо вступать в борьбу за доминирование, либо уйти — с понятной ценой в виде одиночества или травли. Более тонкий вариант — доказывать не через нормы общества, а через нормы самой молодёжной среды: показать, что предлагаемое поведение как раз выдаёт «взрослость» и не соответствует тому, как ведут себя признанные в этой среде авторитеты. Отдельный ход — сослаться на запрет авторитета: записаться в секцию, тренер которой запрещает рисковать перед соревнованиями, и отказываться уже его именем. Свой список опасного Сычев ранжирует не по громкости темы, а по реальному ущербу, и отдельно отмечает, что нарушения правил дорожного движения уносят больше подростков, чем «зацепинг», хотя воспринимаются как норма.

Четвёртый слой — возражение всей постановке вопроса. А.М. Кушнир считает тактический разговор долгим и бесполезным: перебирая варианты «что ответить, если скажут то-то», взрослый учит подростка «отбрёхиваться», а приятели рано или поздно найдут уязвимое место. Стратегический ход, по нему, в другом: перечисленные соблазны — поведение инфантильных переростков, которым нечем заняться, и вовлечь в них того, кто к тринадцати годам стал мастером спорта или чинит двигатель лучше взрослого, попросту не получится. Мастера — по определению занятые люди, и как только подросток встаёт на этот путь, оценки сверстников перестают его беспокоить. Для психолога это, по существу, аргумент за профилактику через занятость и включённость, а не через тренировку ответных реплик.

Ограничения

Ограничения участники называют сами, и их стоит держать в виду при использовании. Е.О. Пятаков предупреждает, что говорить может много, но боится доли «голой теории, не проверенной в реальной подростковой среде», и потому опирается на конкретные сработавшие эпизоды. А.С. Толотов прямо пишет, что описанные приёмы не панацея, работают не всегда, требуют долгой отработки и что самый действенный способ — выработать собственную стратегию ответа. А.М. Кушнир называет весь тактический подход примитивным и рискованным. Наконец, часть предложенных аргументов рассчитана на запугивание, апеллирует к теме войны и жертв или морализирует, а один из ответов иллюстрирует относительность культурных норм примером с расистским содержанием; для занятия с классом в исходном виде такие фрагменты не годятся и требуют решения психолога до использования.

Источники