Специалисты центра «На Снежной» четыре года вели в 3–8 классах нескольких московских школ занятия в форме кругов сообщества и тренингов и параллельно собирали картину того, как дети умеют взаимодействовать. Картина оказалась однотипной: примерно в 20% классов на просьбу плачущей девочки прекратить оскорбления класс отвечал новыми оскорблениями, примерно в 30% единственным предложенным детьми решением было «убрать» неудобного одноклассника, в четырёх классах дети голосовали против конкретного ребёнка. В каждом классе от 5 до 30% детей хотели бы из него уйти, а в девятых классах от 30 до 70% подростков не умеют осознавать и выражать свои чувства. Это описание практики, а не контролируемое исследование: выборка, статистика и сравнительные группы в статье не приведены.
Практические выводы
- Устранение «неудобного» ребёнка из класса не решает проблему взаимодействия: авторы наблюдали, что и без него дети продолжали оскорблять друг друга.
- Готовность класса к открытому обсуждению проблем не зависит от возраста: третьеклассники бывают готовы, семиклассники — нет; выбор между кругом и тренинговыми играми делается по результату предварительной работы.
- Круг сообщества требует подготовки: интервью с активной частью класса, нейтральные формулировки вопросов о ресурсах, проблемах и личном вкладе каждого, продуманный план рассадки.
- В разборе конфликта авторы предлагают отказаться от выяснения, «кто прав», и переводить разговор на чувства сторон и договорённость о действиях; в сложных случаях — привлекать медиатора или школьную службу примирения.
- Полугодовая связка «внеклассное чтение о непринятии — сочинения о чувствах героев — разбор на классных часах с психологом — ежемесячные круги» описана как сработавшая в одном четвёртом классе, но результат оценивался наблюдением, без измерений и сравнительной группы.
Примерно в трети обследованных классов дети видят единственный способ наладить отношения в том, чтобы «убрать Васю»
Авторы: Йошпа Н.А.
Оригинал: Уроки взаимодействия
Год и выпуск: 2015, № 2
Кому и для какого вопроса пригодится
Педагогу-психологу и классному руководителю, которым предстоит работать с классом, где кого-то травят, где «во всём виноват один мальчик» или где родители требуют «убрать ребёнка». Статья отвечает на два вопроса: что специалисты видят в таких классах после нескольких лет однотипной работы и какой формат разговора с классом авторы считают рабочим. Руководителю службы она полезна как аргумент в пользу того, что разовая беседа о дружбе задачу не закрывает, а требуется связка работы педагога и психолога, растянутая на месяцы.
Что именно изучали
Специалисты ЦППРиК «На Снежной» (с 2015 года — подразделение ЦППРиК «Ирида») в течение четырёх лет проводили в 3–8 классах нескольких московских школ занятия на улучшение взаимоотношений между учащимися и одновременно наблюдали за тем, как дети взаимодействуют. Занятия шли в двух вариантах. Первый — круг сообщества: специалисты заранее говорили с классными руководителями, психологами и педагогами, проводили индивидуальные интервью с наиболее активной частью класса, затем составляли нейтрально сформулированные вопросы (ресурсы класса, проблемы, способы решения, личный вклад каждого) и план рассадки, при котором рядом с нуждающимися в поддержке участниками садился взрослый. Второй вариант применялся, когда класс оказывался не готов открыто обсуждать проблемы: тренинговые игры с элементами командообразования и обсуждение конкретных достижений класса, с постепенным усложнением. Готовность к обсуждению, отмечают авторы, от возраста не зависела.
Дополнительно по запросу школ проводились диагностические занятия с параллелями 3–7 классов: упражнения трёх групп (характер взаимоотношений; способность договариваться и принимать групповые решения; умение выражать и воспринимать мысли и чувства) либо заполнение опросников — К. Томаса на стратегии поведения в конфликте, К.Э. Сишора на групповую сплочённость, А. Карелина на коммуникативные умения. Отдельно измерялась эмоциональная напряжённость у девятиклассников. Численность выборки, распределение классов по школам и статистическая обработка в статье не приводятся, доли даны приблизительно.
Что обнаружили
Выявленные трудности, по словам авторов, в той или иной степени характерны для подавляющего большинства обследованных классов.
- Примерно в 20% классов на обращённую к классу просьбу плачущей девочки прекратить её обзывать несколько ребят тут же вполголоса повторяли обидные слова.
- Примерно в 30% классов дети на вопрос «что сделать, чтобы класс был дружным» отвечали «убрать» конкретного одноклассника — при том, что и в его отсутствие на занятии дети оскорбляли друг друга.
- В четырёх классах дети устраивали голосования против одного ребёнка — от «кто за то, что Петя плохой» до формулировок с призывом к самоубийству; при разборе ситуации с педагогами стыда дети не испытывали.
- В типичном эпизоде класс объяснял травлю новичка тем, что он «сам виноват», и большинство одноклассников с этим соглашалось.
- По данным диагностических занятий, в каждом обследованном классе от 5 до 30% детей чувствуют себя некомфортно и при возможности ушли бы из класса; в большинстве классов от четверти до трети детей выбирают стратегию соперничества, большая часть — избегания, а стремление к сотрудничеству характерно для небольшой доли.
- В девятых классах от 30 до 70% подростков не умеют осознавать и выражать свои чувства и понимать чувства другого — а именно это, отмечают авторы, один из основных способов справляться с экзаменационной тревогой.
- В одном четвёртом классе после диагностического занятия выстроили полугодовую работу: внеклассное чтение книг о непринятии, сочинения о чувствах героев, разбор прочитанного на классных часах вместе с психологом, ежемесячные круги со специалистами, совместные рассказы и рисунки о поддержке. Через полгода взаимные оскорбления и травля прекратились, дети и педагоги отмечали появление поддержки и уважения.
Что из этого следует — и не следует
Вывод авторов: школа, сосредоточенная на предметных результатах, перестаёт учить детей взаимодействовать, а привычка решать проблему устранением неудобного человека закрепляет за ребёнком беспомощность и снятие с себя ответственности. Отсюда их практические предложения: не поддерживать детей в неприязни к «неудобному» однокласснику; при конфликте не выяснять, кто прав и «как было на самом деле», а дать сторонам назвать свои чувства и договориться о действиях, при необходимости через медиатора или школьную службу примирения; регулярно использовать разговор в кругу с символом слова, снижая участие взрослых по мере взросления класса; сочетать педагогическую работу (чтение, сочинения, классные часы) с психологическими занятиями на коммуникативные навыки и групповые решения.
Чего статья не даёт: это описание практики центра, а не исследование распространённости. Доли классов приблизительны, состав и число классов не описаны, работа велась в школах, которые сами обратились за помощью, — переносить проценты на школы вообще нельзя. Результат полугодовой работы в четвёртом классе оценивался по наблюдениям и отзывам участников, без измерений до и после и без сравнительного класса, поэтому считать описанную связку доказанно эффективной программой оснований нет — это описанный авторами опыт.