Свердловская модель внедрения профстандарта: 92% психологов региона стандарта не видели и 95% тревожились — и трёхэтапный алгоритм персонифицированной траектории, которым это разбирали

База знаний Профессиональное развитие
, , ,
1

Свердловская область строила внедрение профстандарта педагога-психолога на трёх принципах: единство централизации и децентрализации, сетевое и межведомственное взаимодействие. Стартовый срез показал разрыв: о стандартизации слышали 84,3% специалистов, но сам стандарт «ещё не видели» 92,4%, а тревогу и уязвимость признали 95%; около трети из 574 педагогов-психологов области не имели заявленного в стандарте уровня образования. Самоэкспертиза по трудовым функциям дала картограмму региона: дефицитными оказались экспертиза безопасности среды (61%) и методическое сопровождение образовательных программ (54%), сильными — консультирование (80%) и диагностика (79%). Под эти данные собрали алгоритм персонифицированной траектории из трёх этапов: локальные акты, самоэкспертиза, план развития с мониторингом через портфолио.

Практические выводы

  • Стартовый срез: о стандартизации слышали 84,3%, об её внедрении в области знали 79,9%, но сам стандарт не видели 92,4%, а тревогу и неуверенность признали 95%
  • Из 574 педагогов-психологов области около трети не имели заявленного в стандарте образовательного уровня: 212 человек с бакалавриатом и 12 со средним профессиональным образованием
  • Дефицитные трудовые функции региона: экспертиза комфортности и безопасности среды (61%), методическое сопровождение образовательных программ (54%), просвещение по поддержке лиц с ОВЗ (52%); сильные — консультирование (80%) и диагностика (79%)
  • По итогам самоэкспертизы регион собрал базу психологов-наставников и банк практик — те, кто отметил «владею в полной мере, готов поделиться опытом», стали ресурсом альтернативного повышения квалификации
  • Авторы называют три нерешённых вопроса: нет норм распределения рабочего времени по трудовым функциям, в стандарте не отражены категории детей сверх детей с ОВЗ и одарённых, нет содержательных критериев оценки качества работы психолога

Свердловская модель внедрения профстандарта: 92% психологов региона стандарта не видели и 95% тревожились — и трёхэтапный алгоритм персонифицированной траектории, которым это разбирали

Авторы: Васягина Н.Н., Минюрова С.А., Пестова И.В.
Оригинал: «Региональная модель внедрения профессионального стандарта „Педагог-психолог (психолог в сфере образования)“ в Свердловской области»
Год и выпуск: 2019, №1

Когда пригодится

Руководителю региональной или муниципальной психологической службы, который проектирует переход специалистов на профстандарт и ищет не декларацию, а рабочую последовательность действий: от локальных нормативных актов до плана профессионального развития конкретного психолога.

Методисту института развития образования пригодится описанная процедура самоэкспертизы — она даёт картограмму дефицитов территории, под которую можно собирать программы ДПО, а не наоборот.

Самому педагогу-психологу материал показывает, из чего складывается индивидуальная траектория развития на три года и что в ней фиксируется как результат.

Основное содержание

Три организационных принципа. Свердловская область вошла в число двенадцати регионов, апробировавших стандарт по дорожной карте Минобрнауки от 24.06.2015. Модель региона держится на трёх принципах.

Централизация: единый орган управления — координационный совет при региональном министерстве общего и профессионального образования под руководством заместителя министра. В совет вошли представители министерства, муниципальных управлений образования, вузов и ссузов, образовательных организаций, ППМС-центров, профсоюза работников образования и департамента труда и занятости.

Децентрализация: за конкретными учреждениями закреплены статусы и полномочия. Основная региональная организация — Уральский государственный педагогический университет, базовая — ППМС-центр «Ладо». Ведущие позиции распределены между 14 образовательными организациями разных типов: ППМС-центрами, центрами помощи несовершеннолетним, речевым центром, дворцом творчества, детским домом-школой, гимназией, школами, детскими садами общеразвивающего и компенсирующего вида.

Сетевое и межведомственное взаимодействие: ведущие организации работают «узлами» открытого ассоциативного объединения, куда входят органы управления образованием и региональные отделения Федерации психологов образования. К обсуждению отдельных трудовых функций привлекались профильные ведомства: аппарат Уполномоченного по правам ребёнка — к функции экспертизы безопасности среды; министерства социальной защиты, культуры, здравоохранения, внутренних дел, комиссии по делам несовершеннолетних, органы судопроизводства и общественные фонды — к функции помощи лицам с ОВЗ и несовершеннолетним, проходящим по уголовным делам.

Через это объединение решались задачи: обсуждение состава обобщённых трудовых функций, определение кадровых дефицитов, формирование процедуры аттестации, подготовка проектов локальных нормативных актов.

Что показал стартовый анализ. На начало 2016 года в области работали три модели психолого-педагогической помощи: психолог образовательной организации, психологическая служба в образовательном комплексе, ППМС-центры. Всего 574 педагога-психолога. Около трети не имели заявленного стандартом образовательного уровня — 212 человек с бакалавриатом и 12 со средним профессиональным образованием.

Опрос дал характерный разрыв между осведомлённостью и подготовленностью: о стандартизации профессиональной деятельности «слышали» 84,3%, о внедрении стандарта в области знали 79,9%, но сам стандарт «ещё не видели» 92,4%, а тревогу, неуверенность и собственную уязвимость признали 95%. Авторы объясняют негативный фон не только неподготовленностью специалистов, но и отсутствием единой системы критериев оценки их работы.

Алгоритм персонифицированной траектории. Из этих данных выведены три содержательных акцента — информационная поддержка, психолого-педагогическое сопровождение и построение персонифицированных траекторий. Сам алгоритм траектории состоит из трёх этапов.

Этап I — пакет локальных актов. Администрация вместе с психологом анализирует документы, регламентирующие трудовые отношения, на соответствие трудовых обязанностей трудовым функциям стандарта, и разбирает расхождения. Результат — образцы эффективного контракта с учётом типа организации и модели помощи, а для организаций с трудовым договором — образцы должностной инструкции, договора и дополнительного соглашения с критериями стимулирующих выплат.

Авторы прямо называют три вопроса, которые на момент публикации остались нерешёнными:

  • нет региональных документов о нормативно-временной регламентации: неясно, как распределять рабочее время по трудовым функциям, особенно по тем, что зависят от запроса и не планируются заранее (консультирование родителей и педагогов);
  • в трудовых функциях и эффективном контракте не отражены категории детей с особыми образовательными потребностями помимо детей с ОВЗ и одарённых — сироты, дети в трудной жизненной ситуации, дети мигрантов и переселенцев, дети с девиантным поведением;
  • нет механизмов оценки эффективности и содержательных критериев, которые бы измеряли качество помощи, а не только количество занятий, детей и программ.

Этап II — самоэкспертиза функциональной готовности. Регион предпочёл самооценку независимой оценке: психолог сам осознаёт задачу освоения функций. Матрица построена на описании трудовых функций из актуализированных эффективных контрактов и должностных инструкций, шкала — четырёхбалльная: «владею в полной мере, готов поделиться опытом» / «владею, но поделиться опытом не могу» / «владею частично» / «испытываю трудности, нуждаюсь в повышении квалификации». Форма содержит обобщённую трудовую функцию, входящие в контракт трудовые функции, результат самооценки и обоснование.

Обобщение дало картограмму профессиональной деятельности психологов региона. Дефицитными оказались:

  • A/02.7 «Психологическая экспертиза (оценка) комфортности и безопасности образовательной среды» — 61%;
  • A/01.7 «Психолого-педагогическое и методическое сопровождение реализации основных и дополнительных образовательных программ» — 54%;
  • B/01.7 «Психологическое просвещение по вопросам поддержки лиц с ОВЗ и обучающихся с трудностями в освоении программ» — 52%.

Успешно реализуемыми — A/03.7 «Психологическое консультирование субъектов образовательного процесса» (80%), A/05.7 «Психологическая диагностика детей и обучающихся» (79%), B/03.7 «Консультирование лиц с ОВЗ и обучающихся с трудностями в освоении программ» (67%).

На этой же основе сформированы база психологов-наставников и банк лучших практик — они используются как ресурс альтернативных форм повышения квалификации.

Этап III — планирование мероприятий развития. Определяются целевые ориентиры роста, содержание, формы и способы повышения квалификации. Для специалистов без нужного уровня образования руководителям рекомендовано формировать заявки на целевое обучение по программам высшего образования.

Чего хотят сами специалисты. Наиболее востребованная форма ДПО — курсы 72 часа (46% выборки); 144 часа нужны 29%, переподготовка на 520 часов — 24%. Заочную и дистанционную формы предпочли 80%.

Среди альтернативных форм: стажировка в организации — 74%, обмен опытом — 69%, работа методического объединения — 62%, конференции — 51%, мастер-классы и открытые занятия — 49%, руководство проектной деятельностью обучающихся — 19%, конкурсы мастерства — 14%, самообразование — 9%.

Под дефицитные функции разработаны программы: «Психолого-педагогическое сопровождение реализации образовательных программ» (72 ч), «Психологическая экспертиза безопасности образовательной среды» (72 ч), «Психологическое консультирование родителей по вопросам обучения и воспитания детей» (72 ч), «Мониторинг образовательных результатов обучающихся» (72 ч), «Профилактика девиантного поведения школьников» (72 ч), «Проектирование индивидуальных образовательных маршрутов для одарённых обучающихся» (72 ч), «Психолого-педагогическое сопровождение несовершеннолетних, совершивших правонарушения» (144 ч), «Практическая психология образования» (560 ч).

Отдельно центр «Ладо» провёл 21 обучающее мероприятие более чем для 700 человек по направлениям от нормативно-правового обеспечения ППМС-центров до организации школьных служб примирения.

Как выглядит план развития психолога. Психологам предложили спроектировать траекторию на три года в свободной форме. В статье приведён фрагмент такого плана дошкольного психолога: по кварталам расписаны направления (от психологического сопровождения инновационных процессов и проектирования безопасной среды до профилактики выгорания и диагностики одарённости) и соответствующие им формы — конференция, работа в ресурсном центре, самообразование, курсы 72 часа, мастер-класс, конкурс мастерства, супервизия, стажировка на базе ППМС-центра, знакомство с опытом коллеги, сообщение на методическом объединении. Отдельными строками стоят рефлексия компетенций (трижды за период) и независимая оценка квалификации — аттестация или профессиональный экзамен.

Обязательное условие — мониторинг профессионального развития. Инструментом мониторинга авторы называют портфолио: оно документирует опыт и достижения, фиксирует промежуточные и конечные результаты в разных видах деятельности и работает как средство самооценки в межаттестационный период или как альтернативный вариант оценки при подготовке к профессиональному экзамену.

Итог и перспективы. Авторы связывают снижение психологического напряжения специалистов именно с сочетанием масштабной информационной работы и персонифицированных траекторий. Приоритетами дальнейшей работы названы разработка региональных нормативных актов, регламентирующих деятельность психолога, применение стандарта в кадровой политике с сохранением роста штата и модернизация системы подготовки, переподготовки и повышения квалификации.

Источники