Анкетирование 46 педиатров Бишкека по опроснику KCAHW дало средний балл 12,7 из 19 — средний уровень: социальные признаки аутизма врачи распознают уверенно (75,5% верных ответов), но о связи РАС с эпилепсией знают лишь 15,2%, а 73,9% не знакомы с национальным клиническим руководством 2018 года. Стаж работы на результат не повлиял. Полезно как первая в республике оценка дефицита знаний, однако выборка мала и нестатистична, статистический раздел содержит ошибки, а большая часть текста — программные предложения авторов, а не результаты.
Практические выводы
- Средний балл KCAHW — 12,7 ± 3,2 из 19, что по шкале самого опросника (15—19 высокий, 8—14 средний) соответствует среднему уровню
- По сферам: социальное взаимодействие 75,5% верных ответов, общие знания о РАС 64,8%, коммуникация 60,0%, стереотипное поведение 57,5%
- О коморбидности РАС и эпилепсии знают 15,2% врачей, о возможных пищевых расстройствах — 30,5%
- Национальное клиническое руководство по РАС 2018 года неизвестно 73,9% опрошенных
- Различий между врачами со стажем более 15 лет и менее 15 лет не обнаружено (p>0,05)
Знания педиатров Бишкека об аутизме: базовые признаки узнают, о коморбидности не знают
Авторы: Лобзова А.В., Лобзова В.В., Турдиев А.Ш., Турдиева А.С., Канан А., Фаиз Я.А.
Оригинал: Оценка готовности педиатров к выявлению аутизма в Кыргызстане
Год и выпуск: 2025, № 3
Кому и для какого вопроса пригодится
Специалисту, который выстраивает маршрут раннего выявления РАС и взаимодействует с первичным звеном здравоохранения, — для вопроса о том, где именно рвётся цепочка «педиатр заметил — направил». Работа показывает картину, полезную не только для Кыргызстана: врач может уверенно распознавать социальные признаки аутизма и при этом не знать ни о сопутствующих состояниях, ни о существовании национального руководства по диагностике.
Второй адресат — исследователь или организатор обучения, которому нужен пример применения опросника KCAHW и ориентир для сравнения: инструмент апробирован в 12 странах, что позволяет сопоставлять результаты между ними.
Это первое подобное исследование в республике. Прямых рекомендаций для работы с ребёнком оно не содержит: предмет здесь — знания врачей, а не помощь детям.
Что именно изучали
Оценивали готовность педиатров Бишкека к выявлению расстройств аутистического спектра. Три фокуса заявлены авторами: распознают ли врачи ранние маркеры (отсутствие указательного жеста к 12 месяцам, реакция на имя), знают ли о коморбидных состояниях, используют ли национальное клиническое руководство по диагностике и терапии РАС у лиц до 19 лет, изданное в 2018 году.
Дизайн — одномоментное анкетирование, сбор данных с сентября 2024 по январь 2025 года. Участвовали 48 практикующих педиатров из городских поликлиник (65%), детских стационаров (25%) и частных медицинских центров (10%). Критерии включения: не менее трёх лет практики, регулярный приём детей до пяти лет, информированное согласие. Две анкеты отбракованы, итоговая выборка — 46. Профиль участников: 67% со стажем более 15 лет, 78% старше 40 лет, 85% женщины.
Инструмент — опросник KCAHW (Knowledge about Childhood Autism among Health Workers), 19 вопросов в четырёх сферах: социальное взаимодействие (8 вопросов), коммуникация (1), стереотипное поведение (4), общие знания о РАС (6). За правильный ответ 1 балл; 15—19 баллов трактуются как высокий уровень, 8—14 средний, 0—7 низкий. Опросник переведён методом обратного перевода, проведено пилотное тестирование на пяти педиатрах вне выборки; анкетирование шло в отдельных кабинетах, без внешних источников, с гарантией анонимности. Исследование одобрено этическим комитетом Международного университета «Ала-Тоо». Статистика — описательные показатели, t-критерий Стьюдента для сравнения групп по стажу, корреляция Пирсона, альфа Кронбаха для надёжности.
Что обнаружили
Средний балл составил 12,7 ± 3,2 из 19 — средний уровень по классификации самого опросника. Альфа Кронбаха 0,81.
По сферам картина неравномерная. Лучше всего отвечали на вопросы о социальном взаимодействии — 75,5% верных ответов. Дальше идут общие знания о РАС (64,8%), коммуникация (60,0%) и хуже всего стереотипное поведение (57,5%).
Отдельные признаки врачи знают хорошо: сложности в коммуникации со сверстниками правильно отметили 94,6%, задержку или отсутствие разговорной речи — 84,7%, сосредоточенность на деталях объекта вместо объекта целиком — 80,4%.
Провалы сосредоточены в клинической части. О том, что РАС и эпилепсия коморбидны, знали 15,2% опрошенных. О возможных пищевых расстройствах — 30,5%. Более половины (52,2%) ответили неверно на вопрос о потребности аутичных детей следовать заведённому режиму. Возраст, в котором можно заподозрить первые признаки, верно назвали 78,2%.
Национальное клиническое руководство 2018 года оказалось неизвестно 73,9% врачей; знакомы с ним чуть более четверти.
Различий по стажу не обнаружено: врачи со стажем более 15 лет показали те же результаты, что и коллеги с меньшим стажем (p > 0,05). Связь между знакомством с клиническим руководством и оценкой социального взаимодействия слабая и незначимая (r = 0,24, p = 0,11).
Что из этого следует — и не следует
Авторы заключают, что опросник KCAHW применим для оценки знаний медработников Кыргызстана и что выявлен дефицит знаний, особенно о коморбидных состояниях, требующий системных изменений в подготовке кадров.
Главный результат — не средний балл, а его структура. Отсутствие различий по стажу авторы интерпретируют как признак того, что знания о РАС не обновляются десятилетиями и новые данные не доходят до практиков. Это правдоподобное, но не единственное объяснение: одномоментный опрос не позволяет отличить «не обновляют знания» от «одинаково не обучены изначально». Тем не менее вывод, что опыт работы сам по себе дефицит не закрывает, данными поддержан.
Что исследование не позволяет утверждать. Фактические диагностические навыки не измерялись — авторы это оговаривают отдельно, ссылаясь на позицию разработчиков KCAHW, что инструмент измеряет базовую осведомлённость, а не клинические компетенции. Значит, из низких баллов не следует напрямую, что дети не будут выявлены: связь между знанием и поведением на приёме здесь не проверялась. Выборка не случайная и ограничена столицей, врачи областей и сельских районов не представлены; при 46 участниках любые проценты имеют широкий доверительный интервал, который в статье не приводится.
Несколько мест требуют сверки по оригиналу. Статистический раздел содержит явную ошибку: сравнение двух независимых групп по стажу описано как «в 1-й группе t = –1,32, p = 0,20, во 2-й группе t = –0,78, p = 0,44», тогда как t-критерий для двух независимых групп даёт одно значение, а не по одному на группу. Тут же авторы пишут об «отсутствии различий», а следующей фразой — о «тенденции к более высокой частоте выявления симптомов у опытных врачей», которой в их же данных нет. Заявленные психометрические характеристики KCAHW (чувствительность 89%, специфичность 76%) сопровождены ссылкой, ведущей на информационный бюллетень ВОЗ, а не на исследование. Фраза о результатах по сферам в тексте оборвана: название сферы с наихудшим результатом пропущено, восстановить его можно только по таблице.
Отдельно о жанре. Разделы обсуждения и заключения занимают больше места, чем результаты, и почти целиком состоят из программных предложений — обязательный 72-часовой модуль, мобильное приложение «РАС-контроль», выездные школы, балльная система поощрения врачей. Это позиция авторов, а не выводы из их данных: ни одна из мер в работе не проверялась. Там же приводятся утверждения без источника или с источником, которого недостаточно для проверки: что в России баллы знаний выше на 10—15% из-за введённых в 2020 году курсов, что 40% семей отказываются от помощи, что расходы на позднюю диагностику сопоставимы с годовым бюджетом районной больницы. Ссылаться на эти цифры как на результаты исследования нельзя.
Наконец, в тексте приводится единичная история позднего выявления у конкретного ребёнка с указанием имени. Это риторическая иллюстрация, а не данные: доказательной нагрузки такой пример не несёт, и здесь он не воспроизводится.
Ограничения
Авторы называют два ограничения: результаты получены методом самооценки через анкетирование и потому могут быть субъективны, а ограниченное число участников сдерживает обобщение на более широкую популяцию. Отдельно в разделе о методе они отмечают, что выборка составлена только из врачей Бишкека и что фактические диагностические навыки не оценивались, поскольку это не входило в цель работы.