Специалисты ФНЦРИ им. Г.А. Альбрехта, методического центра Минтруда по ранней помощи, описывают, как по Концепции развития ранней помощи до 2020 года строится региональная система, и приводят данные федерального мониторинга 2017–2019 годов и анализа 66 проектов региональных программ реабилитации и абилитации. Программы ранней помощи к ноябрю 2019 года приняты в 76 регионах, чаще всего работу координирует соцзащита; число детей, получивших услуги, выросло с 223 до 340 тысяч. Слабые места — подготовка кадров, условия для развития служб и оценка качества и удовлетворённости семей. Материал полезен руководителям и координаторам ранней помощи и служб сопровождения; часть приведённых чисел не сходится между собой.
Практические выводы
- К ноябрю 2019 года программы (подпрограммы, планы) развития ранней помощи реализуются в 76 регионах (в 2018 году — в 65); в 38 работу координирует соцзащита, в 13 координирующее ведомство не определено.
- Потребность в ранней помощи выявлена у 406 975 детей до трёх лет (в 2017 году — у 326 014), услуги в 2019 году получили 340 513 детей (в 2017-м — 223 426); средний охват — 83,7%.
- Ресурсные центры ранней помощи к концу 2019 года созданы в 60 регионах, чаще на базе учреждений соцзащиты и образования; с 2020 года введена статистическая форма № 1-РП.
- В анализе 66 проектов региональных программ мероприятия по кадрам есть лишь в 70% и сформулированы в общем виде; недостаточно мероприятий по мониторингу качества и удовлетворённости семей.
- Часть чисел не сходится: суммы регионов по координаторам и ресурсным центрам, состав целевой группы 2017 года и процент охвата за 2017 год расходятся с исходными данными.
Ранняя помощь в регионах России в 2017–2019 годах: программы есть почти везде, охват вырос до 83,7%, а кадры и оценка качества прописаны слабо
Авторы: Старобина Е.М., Лорер В.В., Владимирова О.В.
Оригинал: Формирование системы ранней помощи детям и их семьям в Российской Федерации
Год и выпуск: «Альманах Института коррекционной педагогики», № 40
Кому и для какого вопроса пригодится
Руководителям служб ранней помощи и психолого-педагогического сопровождения, координаторам региональных программ, методистам ресурсных центров — для вопросов, как по федеральной модели должна быть устроена региональная система ранней помощи, какие документы для неё уже разработаны, как регионы выявляют детей и какие мероприятия чаще всего включают в программы. Педагогу-психологу детского сада или центра ППМС-помощи статья даёт общую картину системы, в которую встроена его работа с детьми до трёх лет и их семьями.
Что именно изучали
Авторы — специалисты Федерального научного центра реабилитации инвалидов им. Г.А. Альбрехта, который приказом Минтруда № 46 от 29 января 2019 года определён методическим центром по комплексной реабилитации и ранней помощи. Статья сочетает изложение положений Концепции развития ранней помощи до 2020 года и организационной модели с двумя источниками данных: федеральным мониторингом реализации Концепции (сведения из 70 регионов в 2017 году, 83 — в 2018-м, 85 — в 2019-м) и качественным анализом 66 проектов региональных программ по формированию системы комплексной реабилитации и абилитации инвалидов и детей-инвалидов — по разделам типовой программы.
Что обнаружили
- Нормативная база. Центр вместе с Институтом раннего вмешательства и рабочей группой Минтруда разработал комплект документов, утверждённый Минтрудом как методические рекомендации: порядок направления детей на услуги ранней помощи, примерный стандарт и примерный порядок предоставления услуг, примерное положение о центре ранней помощи, порядок межведомственного взаимодействия и методика оценки качества и эффективности услуг.
- Модель управления в регионе. Межведомственный координационный орган при высшем органе власти региона разрабатывает долгосрочную программу и ежегодный план; уполномоченный орган власти отвечает за межведомственное взаимодействие, оценку качества и статистику; ресурсно-методический центр выполняет координирующую, методическую, аналитическую и экспертную функции и готовит специалистов. Программа должна охватывать нормативное обеспечение, кадры, сеть поставщиков услуг, межведомственные механизмы, информационную систему и контроль качества.
- Кто координирует. По мониторингу 2018–2019 годов работу координирует соцзащита в 38 регионах, образование — в 7, здравоохранение — в 11, иные структуры — в 3; в 11 регионах — три ведомства одновременно, в 13 координирующее ведомство не определено. Ресурсные центры к концу 2019 года созданы в 60 регионах, в основном на базе социальных (24) и образовательных (16) организаций.
- Программы. К 1 ноября 2019 года программы, подпрограммы или планы развития ранней помощи реализуются в 76 регионах (89,5%), в 2018 году — в 65.
- Охват. Потребность в ранней помощи выявлена у 406 975 детей от 0 до 3 лет (в 2017 году — у 326 014). Услуги в 2019 году получили 340 513 детей (в 2017 году — 223 426); средний охват по регионам — 83,7%. В 2017 году целевая группа включала детей с ОВЗ (35%), детей-инвалидов (13%), детей с генетическими нарушениями (8,5%) и детей группы риска (40%); среди последних — дети с риском стойких нарушений, дети-сироты и дети из семей в социально опасном положении.
- Содержание региональных программ. Самые частые мероприятия по определению потребности — мониторинг потребностей семей и выявление детей с отклонениями в развитии (по 50% программ); выявление строится на скринингах на педиатрических участках, аудиологическом скрининге новорождённых, профилактических осмотрах, работе ПМПК, а оценка — на междисциплинарном консилиуме после первичного приёма. Для поддержки родителей программы предусматривают программы обучения уходу и абилитации на дому, выездные консультации, мобильные службы для сельских поселений, лекотеки, пункты проката оборудования, группы кратковременного пребывания и детско-родительские клубы.
- Слабые места. Мероприятия по подготовке кадров есть лишь в 70% программ и сформулированы в общем виде; требуют конкретизации мероприятия по формированию условий для развития ранней помощи; недостаточно мероприятий по мониторингу качества услуг и изучению удовлетворённости семей. С 2020 года вводится статистическая форма № 1-РП по численности детей целевой группы, получивших услуги и отказавшихся от них.
Что из этого следует — и не следует
Авторы констатируют высокую востребованность ранней помощи, наличие программ почти во всех регионах и ведущую роль соцзащиты в координации; с 2019 года Минтруд поддерживает регионы на основе их программ, что, по их мнению, позволит сформировать единую систему с учётом региональных особенностей. Для руководителя практическая ценность статьи — перечень базовых документов, модель распределения функций в регионе и спектр мероприятий, которые другие регионы уже включили в программы; сами авторы предлагают использовать их взаимный опыт.
Статья описывает наличие программ и мероприятий в документах и показатели охвата по данным регионов, но не качество и результаты услуг для детей и семей. Часть чисел не сходится и требует сверки с первоисточником мониторинга. Сумма регионов по типам координаторов (38 + 7 + 11 + 3 + 11 + 13) даёт 83, а не 85. Ресурсные центры по ведомствам (24 + 16 + 5 + 5) дают 50 при заявленных 60. Составляющие целевой группы 2017 года в сумме меньше общего числа на 17,7 тысячи. Охват 2017 года указан как 73,4%, тогда как из приведённых чисел за 2017 год (223 426 из 326 014) получается около 68,5%. В аннотации статьи мониторинг назван проведённым в 38 регионах, в тексте речь идёт о 70–85.
Оригинал: Формирование системы ранней помощи детям и их семьям в Российской Федерации - Альманах